3 мая 2002
РОССИЯ НЕ ЗАХОТЕЛА НАЛОЖИТЬ "ВЕТО" НА ПРИСУТСТВИЕ США В ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ,
3 мая 2002
НЕ ЗАХОТЕЛА НАЛОЖИТЬ "ВЕТО" НА ПРИСУТСТВИЕ США В ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ, говорит ведущий научный сотрудник американского фонда "Наследие" Ариэль Коэн Т.МАМЕД
"США не имели особых военных амбиций в Центральной Азии, они лишь присматривались к нефти Каспийского моря, но для этого им не нужен был ни Узбекистан, ни Кыргызстан. Вашингтон следил за тем, что происходит в Афганистане, потому что там действовали талибы, от которых исходила угроза. И после того, как произошло нападение на Вашингтон и Нью-Йорк 11 сентября 2001 года, американским войскам для того, чтобы разгромить талибов, потребовались две территории для развертывания сил. Одна была в Центральной Азии, другая - в Пакистане и на кораблях в Индийском океане. То есть, с одной стороны, планов входить в этот регион у США не было, а с другой стороны, Америка "споткнулась" об Афганистан и Центральную Азию". Об этом в интервью "Washington Profiles" заявил ведущий научный сотрудник американского фонда "Наследие", одного из ключевых "мозговых" центров Республиканской партии США, Ариэль Коэн.
Изначально понятно, считает Коэн, что путь Афганистана к замирению будет очень сложным, поэтому какой-то элемент своего военного присутствия Америка хочет сейчас сохранить в Центральной Азии. Как принято выражаться, этот элемент там будет находиться не постоянно, но с "открытой датой" срока окончания этого присутствия. Все зависит, полагает Коэн, от развития ситуации в Афганистане.
Популярно мнение, что операция в Афганистане стала лишь предлогом для того, чтобы США основали свои базы в Центральной Азии. Этим мнением американский эксперт не согласен. "Разговоры о том, что Америка желает постоянного военного присутствия в Центральной Азии не подкрепляется тем, что я слышал и слышу в Вашингтоне. Может быть какой-то важный человек сидит за большим столом и думает: "Ах, насколько важно, чтобы Америка имела постоянное военное присутствие в аэропорту "Манас" в Бишкеке!". Но лично я о таком человеке не слышал. И не будем преувеличивать значение таких людей", - заявил Коэн.
По его словам, солдат в этом регионе у России сегодня больше. Но Россия не захотела наложить "вето" на американское присутствие в Средней Азии, потому что она не справилась с тем вызовом, которые "Талибан" и организация "Аль-Каида" представляли собой до атаки на Америку. Ислам Каримов, президент Узбекистана, просто сидел и думал: когда исламисты постучат к нему в дверь. Потому что "Аль-Каида" и "Талибан" поддерживали радикальное Исламское движение Узбекистана. А другие источники средств из стран Персидского залива и Саудовской Аравии, по словам американского эксперта, поддерживают панисламистскую партию "Хизбут-Тахрир".
Поэтому, как кажется Коэну, и президент России и его советники понимают, что в одиночку России уже не под силу продолжать быть тем атлантом, который на своих плечах держит сферу имперского влияния в Центральной Азии. Поэтому Россия искала партнеров. "Главным партнером до 11 сентября 2001 года Россия видела Китай. Но россияне понимают, что, в отличие от Америки, у которой нет длинной границы с Россией и который не имеет больше миллиарда населения, Китай - страна в динамическом развитии и "разность потенциалов" между Россией и Китаем будет очень велика. В конце 90-х годов была некая динамика, завершившаяся соглашением "Шанхайской шестерки", направленной на борьбу с терроризмом и появлением российско-китайского договора о дружбе и сотрудничестве. Это договор советского типа, там много деклараций и мало конкретики. Но на каком-то этапе московская элита начала понимать, что становиться младшим партнером Китая отнюдь не в российских интересах", - считает Коэн. Таким образом, по его мнению, Америка увеличила свое присутствие в Центральной Азии, но не стала там гегемоном, Россия не может быть гегемоном. Россия, Америка и Индия не заинтересованы пускать Китай в Центральную Азию.
Вместе с тем, говорит эксперт, правителям Центральной Азии стоит задуматься на тему: что они делают своими руками, не давая развиваться светской оппозиции. Ведь на протяжении всех 90-х годов "закручивание гаек" было направлено не против исламистов (хотя в Туркменистане и Узбекистане против них тоже), но и против светских оппозиционеров. "Посмотрите: бывший премьер-министр Казахстана Акежан Кажегельдин живет в изгнании и приговорен, если я не ошибаюсь, к 10 годам заключения у себя на родине. Феликс Кулов, бывший вице-президент Кыргызстана, советский генерал МВД, сидит в тюрьме. Президент Узбекистана Ислам Каримов и президент Туркменистана Сапармурат Ниязов не дали никому подняться. Не давая развиваться светской оппозиции, лидеры этих стран загоняют себя в тупик - они определяют любую оппозицию себе в рамках исламизма. Это может быть немного более умеренный исламизм "Хизбут-Тахрир", или радикальный исламизм "Талибана", - заявил Коэн.
Как в этом контексте могут строиться отношения России и США? На этот вопрос эксперт ответил так: "Если США возьмут на себя ответственность и начнут играть в эти игры в Центральной Азии, то появляется большое поле для сотрудничества. Я не вижу Россию и США в роли обязательных соперников в этом регионе, если, конечно, мы отвлечемся от парадигмы "холодной войны".
По его словам, россияне должны понимать, что в их интересах иметь стабильные демократические системы в этих странах. Сегодняшний российский пример не способствует этому пониманию. "Возможно, высшему эшелону российских политиков удобнее иметь дело с одним человеком, который все определяет в стране - будь это Алиев, Каримов или Назарбаев. Но если говорить о предотвращении усиления исламизма и рождения новых халифатов, то создание демократических систем в этих странах - не самый худший вариант", - заключил Коэн.