CA-News.INFO

Central Asia regional news digest

Хатами и иранская дипломатия

28 августа 2002

и иранская дипломатия Мохаммед Тахавори

В деятельности правительства внешняя политика имеет особое значение. Для иранцев, чья страна занимает стратегически важное положение в мире, внешняя политика играет роль животворной кровеносной системы. Если обратиться к истории данного вопроса, то, по мнению ряда специалистов, в некоторые периоды иранские политики неправильно использовали дипломатические средства при таком особом положении страны. Однако во время правления президента Хатами взгляды и представления в значительной степени переменились, и иранцы почувствовали это.

Мы обсудили дипломатию президента Хатами с председателем комиссии по вопросам национальной безопасности и внешней политики меджлиса д-ром Мохсеном Мирдамади.

Как Вы оцениваете внешнеполитическую деятельность правительства Хатами?

Одним из важных достижений правительства Хатами в области внешней политики можно назвать изменение облика Ирана на международной арене. Новое представление об Иране позволило развязать многие узлы. Политика разрядки напряженности, составляющая основу деятельности правительства Хатами, была определенным успехом. В сочетании со стратегией, направленной на укрепление доверия к Ирану, названная политика открыла путь к установлению прочных связей со многими странами. Так, сегодня Иран поддерживает наилучшие отношения со своими соседями. Процесс укрепления наших связей не ограничивается только странами региона. Мы сумели за короткий промежуток времени наладить эффективное сотрудничество с государствами, находящимися за пределами региона. Последний пример - это торговое соглашение со странами Евросоюза. Конечно, различные стороны деятельности Хатами в области дипломатии станут до конца очевидными тогда, когда мы поймем, что его политика подвергалась обструкции и саботажу. К сожалению, внутренние противники Хатами не только не защищали его идеи о разрядке напряженности, несмотря на ее очевидные преимущества, а, напротив, разжигали напряженность и даже пропагандировали свои взгляды, используя для этого различные трибуны.

В чем состоит отличие подхода Хатами к внешнеполитическим проблемам от политики его предшественников?

Во внешней политике существует один важный вопрос. Он сводится к следующему: что составляет основу всей деятельности? Является ли этой основой идеология или это идеи, основанные на национальных интересах, или что-то другое? Вступают ли идеология и национальные интересы в противоречие или они дополняют друг друга?

Во внешней политике у нас, конечно, есть конкретные цели, которые напрямую связаны с нашей идеологией. Однако для достижения этих целей мы должны пойти дальше, чем позволяют наши национальные интересы, причем это не создаст проблем для существования режима Исламской республики. На мой взгляд, при Хатами принципы внешней политики правильно сочетались с национальными интересами и новыми условиями в мире. Многие из-за непонимания этого не смогли по достоинству оценить результаты подобной дипломатии. В результате, они ограничились одними лозунгами во внешней политике и не пошли дальше противостояния дипломатии Хатами.

Некоторые политики оценивают принципиальные внешнеполитические позиции как проамериканские. Другие - ищут всевозможные преграды внутри страны. Каково Ваше мнение?

Я считаю, что основная проблема в нашей внешней политике связана с внутренними трудностями. Эта проблема заключается в том, что политические течения считают, что для успешной деятельности внутри страны всегда нужен внешний враг. Такого же мнения придерживаются и некоторые движения в США. После окончания периода холодной войны в начале 90-ых годов, когда угроза со стороны коммунизма и восточного блока перестала существовать, эти движения начали искать нового внешнего врага. Это было необходимо им для сохранения единства западных стран. Таким образом, они приложили все силы для того, чтобы представить Ислам врагом Запада. Эта мысль усиленно распространяется внутри Ирана. Это представляет собой основную проблему для внешней политики. С учетом враждебности, с которой американцы в течение длительного времени относились к нам, я не думаю, что все эти проблемы могут быть легко решены. Кроме того, при любой тенденции к сближению с ними необходимо самым серьезным образом принимать во внимание наши национальные интересы. Поскольку с помощью политики разрядки напряженности мы сумели добиться бесспорного успеха в отношениях с соседями и странами Европы, нам представляется, что и с Америкой необходимо отказаться от нагнетания напряженности.

Многочисленность наших представительств за рубежом называют еще одной проблемой, которая стоит перед дипломатическим ведомством правительства. Каковы, на Ваш взгляд, последствия многочисленности наших представительств?

Сама по себе многочисленность подобных представительств не является чем-то необычным. Это практикуется во всем мире. Проблему создает нескоординированность действий между различными представительствами одной страны на международной арене, поскольку именно эти представительства формируют внешнюю политику своей страны. К сожалению, каждое из наших зарубежных представительств преследует свою определенную цель и получает указания из своего особого центра. Это приводит к тому, что у дипломатического ведомства возникают серьезные трудности. То же самое происходит и внутри страны. Нескоординированность действий создает определенные проблемы.

В какой мере дипломатическое ведомство может проводить на практике провозглашенную Хатами политику разрядки напряженности?

Когда говорят об успехе политики разрядки напряженности, основная заслуга принадлежит дипломатическому ведомству. В любом случает не следует забывать о том, что 16 лет назад Хатами вышел из стен именно этого ведомства.

Если бы дипломатическое ведомство создавалось в обычных условиях, то тогда наверняка некоторые дипломаты не работали бы там. Конечно, в этом ведомстве есть очень компетентные сотрудники. Именно благодаря им осуществляется на практике политика Хатами.

Дипломатическое ведомство, как и любое другое государственное учреждение, нуждается в получении практических результатов в своей деятельности, а для этого необходимо привлекать к работе смелых, инициативных сотрудников.

Мы находимся в преддверии первой годовщины трагедии 11 сентября. Как Вы оцениваете руководство, осуществляемое Хатами в течение последнего года, в условиях кризиса на международной арене после 11 сентября, который коснулся и Ирана?

Действиям Хатами в кризисной ситуации, сложившейся после 11 сентября, можно дать положительную оценку. Хатами своевременно отреагировал на эти события и осудил совершенный террористический акт. Кроме того, успешной была и политика в отношении афганской проблемы. К числу позитивных шагов можно отнести ликвидацию режима талибов в Афганистане, обеспечение прихода к власти в этой стране единого центрального правительства, помощь в укреплении власти центрального афганского правительства. Все это делалось с учетом обеспечения наших национальных интересов. Некоторые, вероятно, могут высказать критические замечания в этой связи, смысл которых сводится к тому, что если мы действовали успешно во время афганских событий и в обстановке, которая сложилась после 11 сентября, то почему нас причислили к "оси зла". Ответ на подобную критику ясен. Правильно использовать результаты подобных позитивных действий не позволили внутренние проблемы страны и нескоординированность действий в политике. Если бы мы внутри своей страны действовали сообща, ни одно иностранное государство не позволило бы себе подобного отношения к нам.

Для завершения нашего разговора, видимо, следует поговорить о том, какие шаги необходимо предпринять для устранения препятствий на пути дипломатического ведомства, однако на этот раз у нас нет возможности обсуждать этот вопрос. Поэтому, если Вы хотите подвести итог нашему разговору, что бы Вы могли сказать в завершение одной только фразой?

Если только одной фразой подводить итог, то следует сказать, что ключ к решению всех проблем находится внутри страны и до тех пор, пока наши внутренние трудности будут оставаться нерешенными, внешние проблемы также нельзя будет решить.

Источник: газета "Иран", 27 августа 2002.

Перевод: Иран.Ру.

iran.ru

Предыдущая статьяСоединенные Штаты оставляют свой след на зыбкой почве Средней Азии - II ("The Washington Post", США)
Следующая статьяКАЗАХСТАНО-РОССИЙСКОЕ СОГЛАШЕНИЕ О РАЗДЕЛЕ КАСПИЯ НАЧАЛО РЕАЛИЗОВЫВАТЬСЯ НА ПРАКТИКЕ