цели имеет "дело Дуванова"?
Вот уже третья неделю внимание казахстанской и международной общественности приковано к делу известного журналиста, сотрудника Казахстанского международного бюро по правам человека и соблюдению законности и редактора издаваемого бюро бюллетеня "права человека в Казахстане и в мире" Сергея Дуванова. Как известно, он был задержан 28 октября 2002 года сотрудниками Карасайского РОВД (Алматинская область) по подозрению в совершении изнасилования несовершеннолетней гражданки К. Основанием для этого задержания послужило соответствующее заявление в РОВД гражданки К. и ее матери.
Сам Дуванов категорически отрицает предъявленное к нему обвинение. По его словам, находясь 27 октября на своей даче в поселке Кайнар Карасайского района Алматинской области, он разрешил помыться в своей бане своему соседу, который работал по найму Дуванова на его участке, его дочери и ее подруге - той самой гражданке К. После их ухода он сам помылся в бане, затем выпил чай и неожиданно для себя уснул. В связи с последним обстоятельством Дуванов подозревает, что ему в чай было подсыпано снотворное. Примерно в 7.45 часов утра он был разбужен пришедшими задерживать его полицейскими.
В ночь с 31 октября на 1 ноября истек официальный срок задержания Дуванова как подозреваемого. После этого должен был решиться вопрос о прокурорской санкции на продление Дуванову пребывания под стражей ещё на 10 суток либо об его освобождении под подписку о невыезде, под залог, поручительство и т.д. В связи с этим с ходатайством о поручительстве за Дуванова в соответствующую прокуратуру обратились президент Фонда Сорос-Казахстан Мурат Ауэзов, депутат сената парламента Зауреш Батталова, президент Ассоциации социологов и политологов Казахстана Бахытжамал Бектурганова и президент общественного фонда политико-правовых исследований «Интерлигал» в Казахстане Сергей Злотников. Однако прокуратура ответила на их просьбу отказом, а пребывание Дуванова под арестом было продлено еще на 10 суток.
6 ноября Дуванову было официально предъявлено обвинение, что означает продление его пребывания под стражей на срок ведения следствия. Еще 29 октября он в знак протеста против несправедливо предъявленного ему обвинения он объявил сухую голодовку. В связи с этим его физическое состояние начало постепенно ухудшаться, что заставило сотрудников полиции применить к нему меры по принудительному кормлению.
С самого начала ареста Дуванова в его защиту выступили известные представители казахстанской демократической общественности, главным образом находящиеся в оппозиции официальному политическому курсу. Официальными защитниками Дуванова стали известный адвокат Виталий Воронов и директор КМБПЧ Евгений Жовтис. Чуть позже к ним присоединился нанятый родственниками Дуванова адвокат Серик Сарсенов. О готовности оказать им юридическую поддержку заявил американский адвокат Чарльз Бот. В целом же инцидент с Дувановым был расценен им самим, его защитниками и соратниками из оппозиции и независимых СМИ как хорошо спланированная политическая провокация.
Сопредседатель Форума демократических сил Казахстана, доктор исторических наук, профессор Нурбулат Масанов, замредактора бюллетеня «Права человека в Казахстане и в мире» Александр Скрыль и зампредседателя партии «Народный конгресс Казахстана», член Политсовета общественного движения «Демократический выбор Казахстана» Гульжан Ергалиева объявили о начале солидарной голодовки в поддержку Сергея Дуванова. К ним также присоединились представители оппозиционных общественно-политических организаций в некоторых регионах. В течение времени содержания Дуванова под стражей прошел целый ряд общественных акций в его поддержку. Только в Алматы было проведено пять пикетов с требованиями освободить Дуванова. В результате полицией было задержано более 40 человек, из них трое получили административные наказания в виде ареста на трое и двое суток, около десяти человек оштрафованы.
Дело Дуванова также получило широкий резонанс на уровне мирового сообщества. С заявлениями по поводу озабоченности с возбуждением данного дела и защиту казахстанского журналиста, в частности, выступили Госдепартамент США, посольство Великобритании в Казахстане, ОБСЕ, Европейский союз, Международная Лига по правам человека, «Хьюман Райтс Вотч» и др.
Тем не менее казахстанские власти продолжают держать Дуванова под арестом. В случае, если его дело будет доведено до суда и в ходе судебного процесса его вина будет доказана, то Дуванову угрожает лишение свободы на срок от 4 до 10 лет. В уголовно-исполнительной практике Казахстана же, берущей свое начало еще с советского периода, пребывание в местах лишения свободы лиц, осужденных за изнасилование, чревато для них весьма тяжелыми последствиями со стороны других заключенных, осужденных по иным статьям уголовного законодательства. С доводами защитников и соратников Дуванова о сфабрикованном характере и политической составляющей уголовного дела в отношении него можно согласиться, так как в их пользу говорят следующие основания.
Во-первых, в июле этого года в отношении Дуванова Комитетом национальной безопасности было возбуждено уголовное дело по факту оскорбления им в одной из своих статей чести и достоинства президента РК. В данной статье, которая называлась "Молчание ягнят", Дуванов затронул тему расследуемого в США и Швейцарии дела о тайных казахстанских счетах в зарубежных банках и коррупции в нефтегазовой отрасли Казахстана (так называемый "Казахгейт" - прим.) и отметил, ссылаясь на информацию различных зарубежных источников, причастность к этому делу президента РК. Правда, сотрудники КНБ ограничились допросом Дуванова, а также обыском его квартиры и рабочего офиса, изъяв при этом системные блоки домашнего и рабочего компьютеров.
В августе же Дуванов был сильно избит неизвестными лицами в подъезде своего дома. После этого глава государства выступил с заявлением, осуждающим факт нападения на Дуванова и поручил правоохранительным органам найти покушавшихся на него преступников. Одновременно с этим президент потребовал от этих органов прекратить возбуждать уголовные дела по фактам оскорбления его чести и достоинства.
Судя по всему, два вышеназванных инцидента, произошедших с Дувановым, были направлены на то, чтобы заставить его отказаться от написания и публикации своих статей, содержащих жесткую критику действующей власти и проводимой ей политики. Однако Дуванов не только не прекратил заниматься данной деятельностью, но и написал серию новых статей, а также выступил с критикой ситуации со свободой слова в Казахстане на проходившей в сентябре этого года в Варшаве конференции. Организованной ОБСЕ.
В связи с этим вполне вероятно, что память властей о его прошлой публицистической деятельности и их реакция на его нынешнюю активность и стали для них фактором, стимулирующим возбуждение в отношении Дуванова нового уголовного дела. Нынешний инцидент с Дувановым можно расценить как организованное в отношении него уголовное преследование, переведенное по идейно-политическим соображениям из политических рамок в чисто уголовную плоскость. Во-вторых, Дуванов был арестован накануне своей поездки в Вашингтон по приглашению Центра Карнеги, где он собирался выступить с докладом о положении дел с правами человека и свободой слова в Казахстане. Тем самым власти сорвали его поездку и запланированное выступление, которое вполне могло привести к новому витку давления американской демократической общественности на казахстанское руководство.
В-третьих, по словам защитников Дуванова, органы внутренних дел, расследующие его дело, допустили в своих действиях по его аресту и расследованию его дела следующие сомнительные действия:
1) оформление задержания Дуванова на предусмотренный законодательством 72-часовой срок не с утра 28 октября, а с двух часов ночи 29 октября. Объясняя данный момент, сотрудники полиции отметили, что до указанного времени Дуванов был еще "не задержан", а только "приглашен" в РОВД. Хотя подобное "приглашение" в уголовном законодательстве РК не предусмотрено;
2) наличие у пресс-службы ГУВД Алматинской области "тезисов к пресс-конференции" по делу Дуванова, которые были отправлены с факса пресс-службы президента РК, причем, судя по напечатанным на соответствующем письме знакам указания времени, не после, а накануне задержания Дуванова;
3) наличие в содержании указанных выше "тезисов к пресс-конференции" следующих фраз: "После того, как к Дуванову был допущен адвокат, он начал давать показания. путанные, противоречивые, сводятся к тому, что был пьян - ничего не помню". Вместе с тем прибывшие в тот же день, 29 октября, в Карасайский РОВД Евгений Жовтис и Виталий Воронов, по их словам, до 18.00 часов не были вообще допущен к своему подзащитному. Кстати, недопуск адвокатов к задержанному по первому их требованию также считается грубым нарушением УПК РК;
4) наблюдение за фактом "обработки" "потерпевшей" гражданки К. и ее матери сотрудниками полиции. По словам Жовтиса, несколько дней с момента задержания Дуванова эти женщины фактически жили в здании Карасайского РОВД. При этом они переходили из кабинета в кабинет, куда многократно сходились многочисленные полицейские чины в погонах и в штатском, устраивая многочасовые заседания с заявительницами. В результате первоначальные показания гражданки К. и её матери неоднократно менялись и корректировались;
5) обнаружение сотрудниками полиции на даче Дуванова листа с анкетными данными гражданки К., что дало основание следствию утверждать о предварительном знании Дувановым несовершеннолетнего возраста К. до ее изнасилования.
По словам Жовтиса и Воронова, это произошло во время проверки показаний подозреваемого на месте происшествия, проведенной сотрудниками полиции в присутствии его адвокатов. Самое примечательное здесь то, что следователь и оперативники потребовали у Дуванова сами выдать им этот листок, хотя до этого о существовании этого документа никто не спрашивал и не упоминал. Затем проводимая в доме проверка показаний была тут же переквалифицирована, причем незаконно с точки зрения УПК, в обыск, в ходе которого оперативники довольно быстро, как будто располагали необходимой информацией о точном нахождении, обнаружили и извлекли требуемый документ.
Нельзя также не отметить, что до этого сотрудниками полиции, причем, как свидетельствуют адвокаты Дуванова, без соответствующего постановления, была произведена выемка образцов продуктов питания и напитков на даче подозреваемого. В связи с этим защитники не исключают, что именно во время этого мероприятия сотрудниками полиции мог быть подброшен указанный выше листок с данными гражданки К.
Такое поведение сотрудников полиции дало основание защитникам Дуванова назвать эпизод с этой «находкой» грубым подлогом и фальсификацией со стороны полиции, дать отвод всему составу Карасайского РУВД и Алматинского областного ГУВД и сделать заявление о возбуждении против них уголовного дела по статье 342 УК РК (фальсификация доказательств), а также о своем отказе от дальнейшего участия в следственных действиях вплоть до решения вопроса об удовлетворении их заявления;
6) непредоставление сотрудниками правоохранительных органов защитникам Дуванова протокола очной ставки, протокола задержания, постановлений о назначении экспертиз, и многих других документов по данному делу, а также ответов на их многочисленные жалобы и ходатайства;
7) избрание правоохранительными органами в отношении Дуванова в нарушение всех норм УПК РК самую жесткую меру пресечения - арест, в то время когда ему еще не было предъявлено обвинение. При этом санкция на его арест была дана и.о. прокурора Карасайского района около 31октября 21-00 часов. Тем самым прокурор проигнорировал то обстоятельство, что 72 часа с момента задержания Дуванова уже истекли, и, следовательно, он не имел права дать санкцию на его арест;
изначальное избрание следствием обвинительного уклона. Об этом говорит уже тот факт, что в постановлении старшего следователя ГУВД Алматинской области Г. Жакуповой о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству прямо констатируется, что Дуванов С.В. совершил изнасилование. Хотя по сути это дело было возбуждено по факту поступления заявления потерпевшей К. об изнасиловании. То есть, обвинение уже было фактически предъявлено Дуванову еще даже до начала следствия.
Таким образом, налицо факт, что казахстанские власти пытаются нейтрализовать Дуванова как одного из своих наиболее активных, а главное принципиальных оппонентов, путем привлечения его к уголовной ответственности, но только уже по статье криминального характера.
В целом же сейчас трудно сказать однозначно, чем закончится дело Дуванова, особенно в том плане, будет ли оно доведено до суда или нет. Не исключено, что власти добиваются не столько осуждения Дуванова, сколько его дискредитации в глазах населения республики и мировой общественности. Одновременно они пытаются бросить тень на всю оппозицию, учитывая при этом, что некоторые видные деятели которой (лидер Республиканской народной партии Казахстана Акежан Кажегельдин, лидеры ДВК Мухтар Аблязов и Галымжан Жакиянов) уже осуждены по различным чисто уголовным основаниям.
Показательно в этом плане, к примеру, заявление министра внутренних дел РК Каирбека Сулейменова, сделанное им после отмеченного выше факта избиения Дуванова неизвестными лицами, о том, что это избиение было организовано криминальным окружением оппозиции и ее осужденных лидеров в целях дискредитировать действующую власть. Однако данное измышление главы МВД опровергает хотя бы только тот факт, что подчиненная ему служба практически не ведет поиска напавших тогда на Дуванова.
Возможно, что властям будет достаточно просто продержать Дуванова под арестом продолжительное время. Тем самым они, видимо, хотят сильно деморализовать его и заставить отказаться от активной оппозиционной публицистики. Если это так, то вероятно, что это дело до суда не доведут во избежании нежелательных социально-политических эксцессов, а все закончится либо тем, что рано или поздно следствие заявит об отсутствии улик, либо "потерпевшая" К. неожиданно заберет свое заявление. То есть дело Дуванова может быть в любой момент закрыто. Естественно, что не по инициативе следственных органов, по а указанию "сверху".
Может быть также, что при этом для создания видимости "законности" и "объективности" некоторых следователей и оперативников "накажут" в дисциплинарном порядке в виде выговоров.
Не исключено также, что, создав инцидент вокруг Дуванова, власти пытаются направить активность его соратников по оппозиции и независимых СМИ в русло деятельности по его освобождению и тем самым отвлечь их внимание от каких-либо других важных дел и событий. В том числе и от расследования за рубежом дела "Казахгейт", которое, кстати, не раз затрагивал в своих материалах Дуванов и по которому, что очень важно, отдельные депутаты парламента РК стали в последнее время делать запросы в правительство.
Возможно также, что власти пытаются делом Дуванова сорвать начавшийся в последнее время процесс объединения оппозиционных сил. Но если это так, то их просчет в данном деле очевиден. Во-первых, в защиту Дуванова поднялась практически вся действующая оппозиция, даже из числа тех лиц, которых Дуванов критиковал в своих последних статьях. Во-вторых, дело Дуванова может еще больше сплотить оппозицию, хотя бы только на почве самосохранения и дачи опора любому давлению со стороны властей.
Кроме того, поскольку данное дело приобрело большой резонанс в стране и на международном уровне, то это только повлияет на рост рейтинга как самого Дуванова, преследуемого за свои политические убеждения в уголовном порядке, так и всей казахстанской оппозиции и независимых СМИ в республике и за рубежом. Так что, пытаясь выиграть в отдельно взятом моменте (дело Дуванова - прим.), власти уже заранее проиграли во многом.
Андрей Чеботарев, эксперт APR