ХАН: "Я ГОВОРИЛ МУЛЛЕ ОМАРУ, НЕ ПОДДЕРЖИВТЬ ТЕРРОРИСТОВ"
Александр ШУМИЛИН
С приходом талибов к власти в Афганистане Азиз Хан был одним из немногих иностранных дипломатов, которые обеспечивали связь муллы Омара с внешним миром. С 1996 по 2000 год он был послом Пакистана в Кабуле и регулярно общался с "таинственным муллой". Сегодня Азиз Хан - первый замминистра иностранных дел Пакистана. В беседе с обозревателем Александром ШУМИЛИНЫМ он вспоминает о своей посольской миссии. Говоря же об индо-пакистанском кризисе, он через "Известия" направляет индийцам ясное послание: для защиты своей территории Пакистан готов применить все виды оружия, включая и ядерное.
- На ваш взгляд, пройдена ли критическая точка военной напряженности между Индией и Пакистаном?
- Я думаю, еще нет. И главным образом потому, что Индия развернула свои войска вдоль всей границы, ведет себя агрессивно. И Пакистан также вынужден принимать меры по самозащите, развертывая свои силы. Когда столь мощные армии противостоят друг другу, то любой инцидент может взорвать ситуацию, вывести ее из-под контроля. Надо отводить войска с обеих сторон и садиться за стол переговоров.
- Вы называете действия Индии чрезмерными и даже агрессивными. Между тем сама ситуация была спровоцирована исламскими экстремистами, базирующимися в Пакистане.
- Давайте взглянем на ситуацию объективно. Пакистан сразу и решительно осудил атаку террористов на индийский парламент 13 декабря. Наш президент направил индийскому премьеру личное послание, в котором выразил соболезнование семьям погибших и пообещал провести доскональное расследование. Индийцы тем не менее возложили ответственность за происшедшее на власти Пакистана. Мы попросили доказательств, на основе которых мы были готовы покарать любого человека, любую организацию или политическую партию. Но таких доказательств не последовало. Позиция Индии выглядела так: вы, пакистанцы, виновны и должны доказать обратное - то есть свою непричастность.
- Телевыступление президента Первеза Мушаррафа положительно воспринято в мире. А как вы оцениваете реакцию Индии?
- Я, признаться, не в курсе нюансов реакции индийской стороны. Но хочется надеяться, что она будет позитивной. Ведь президент Мушарраф четко определил свою линию поведения - это был призыв к миру. Напомню, что недавно на южноазиатском саммите в Катманду наш президент подошел к премьер-министру Индии Ваджпаи и пожал ему руку. Мушарраф заявил тогда, что готов обсуждать с индийцами все спорные вопросы, включая и проблему Джамму и Кашмира.
- А в самом Пакистане это телеобращение Мушаррафа не обострило ситуацию?
- С приходом к власти в Пакистане президента Мушаррафа осуществляется четкая политическая линия на соблюдение законов - никто в стране не может нарушать закон или подчинять его своим групповым интересам. Правительство начало изымать оружие, незаконно находившееся в руках граждан, наказывать тех, кто подстрекал других к нарушению общественного порядка. Было заявлено, что Пакистан является исламским государством либерального типа. И не может быть другой интерпретации ислама. А территория Пакистана не может использоваться для враждебных действий против других государств.
- Однако не все в Пакистане разделяют эту точку зрения: в стране действуют экстремистские организации.
- Это очень мелкие группы оппозиционеров, которые не пользуются поддержкой в массах. Их партии на выборах собирают не более двух процентов голосов.
- Сейчас ваше правительство запрещает некоторые группы и партии. Но как они могли процветать до сих пор?
- Как раз в своем последнем выступлении президент определил принципы "джихада" ("священной войны мусульман"). Они предполагают право мусульман на самозащиту от агрессии, но никак не нападение на других людей и тем более страны.
- Каким, на ваш взгляд, мог бы быть наихудший сценарий развития событий между Индией и Пакистаном?
- Это, конечно, начало боевых действий. Но мы делаем все, чтобы снизить уровень напряженности. Мы просим всех наших друзей в мире, в том числе Россию, повлиять на Индию, содействовать мирным переговорам с нами.
- Руководство обеих стран уверяет, что не применит первым ядерное оружие. Вы полностью исключаете возможность несанкционированного применения его со своей стороны?
- Пакистан пытается избежать действий с применением даже обычных вооружений. Но мы примем все меры для самообороны.
- То есть ядерное оружие может быть пущено в ход?
- Я готов только повторить позицию моего правительства: война - плохое решение проблем. Но если на нас нападут, то мы будем защищаться.
- А ядерное оружие в вашей стране находится под надежной защитой? Им не воспользуются террористы?
- Международное сообщество уже убедилось в том, что стратегические вооружения находятся в Пакистане под жестким контролем. Не стоит верить слухам, которые запускают различные СМИ по этому поводу.
- Обратимся к афганской проблеме. Где может скрываться Осама бен Ладен? Говорят, что он бежал через территорию Пакистана.
- Наша граница с Афганистаном надежно защищена - все, кто пытался ее нарушить, задержаны. Я исключаю возможность того, что бен Ладену удалось пересечь границу.
- Вы подтвердите или опровергнете информацию, будто пакистанские ВВС возвращаются на некоторые из авиабаз, ранее предоставленных в распоряжение США? То есть пакистанцы "выселяют" американцев из-за напряженности с Индией.
- Поддержав международную коалицию, мы предоставили США помощь в виде права использовать нашу военную инфраструктуру. И мы будет делать это до тех пор, пока цели антитеррористической операции не будут достигнуты. Я не готов изложить подробности того, что происходит на той или иной авиабазе. Скажу лишь, что в первую очередь военный потенциал и инфраструктура Пакистана должны использоваться в наших собственных интересах.
- Говорят, что глава правительства Афганистана Хамид Карзай - близкий друг Пакистана. Он провел много лет в вашей стране.
- Это так. Мы полностью поддержали боннские соглашения, кандидатуру нашего друга Хамида Карзая на по ст главы правительства, и надеемся, что скоро он посетит Пакистан.
- При талибах вы были послом Пакистана в Кабуле, встречались с муллой Омаром. Что это за человек? Он фанатик?
- Я затрудняюсь с характеристиками. Могу подтвердить только, что он был реальным лидером Афганистана в то время, но держался замкнуто - практически не встречался с иностранцами. Но я виделся с ним несколько раз. Тогда я пытался объяснить ему опасность некоторых шагов. Например, разрушения статуй Будды в Бамиане, поддержки террористических групп, создания тренировочных лагерей террористов в Афганистане.
- Что он ответил на ваши предупреждения?
- Мулла Омар - человек немногословный. Он главным образом слушает собеседника. А касательно статуй сказал мне только одно: "Так решили афганские улемы". Кстати, сам он уверяет, что был против этого решения.