в регионе в обмен на нефть
Саймон ТИСДАЛЛ (Гардиан)
США занялись стратегическим прибиранием к рукам власти в Центральной Азии эпического размаха. В предшествующие эпохи такого рода экспансионизм назвали бы колониализмом или империализмом. Его можно представить как миссию доброй воли, для того чтобы цивилизировать тех, кому меньше повезло в этом мире, или как узаконенную экспансию, возможно как провозглашенное предназначение Америки. Сейчас это называется просто "война против терроризма".
Если бы потребовалось моральное оправдание, то, как представляется, нет нужды обращаться к чему-либо, помимо разрушенных до основания небоскребов Всемирного торгового центра. Нынешняя убежденность Америки в правоте ее дела столь же непоколебима, как и у любой викторианской миссионерской общины или капитана канонерки времен Пальмерстона.
Что касается идеологии, то дело США представляется, по меньшей мере многим американцам, в равной степени неоспоримым. Свобода демократия, безопасность и свободная торговля - это величайшие дары, преподнесенные тем, кто признает верховенство Вашингтона. И разве это не великие, вселенские предрассудки нашего времени? Новообращенные ястребы в администрации Буша и в республиканской партии определенно так считают. Они не видят основательных причин, с чего бы какой-либо стране отвергать такое блаженство, и решились донести эти блага до всех.
Даже если отбросить все эти соображения, война в Афганистане предоставляет региональные, политические и удачные оборонные возможности, к которым США дано стремились, и которые ныне оказались в их досягаемости.
В сентябре 2000 года, к примеру, генерал Томми Фрэнк, который сделал себе имя во время афганской войны, уже проехался по Центральной Азии, размахивая чековой книжкой и предлагая военную помощь. Однако в целом во время президентства Клинтона острый интерес США пробить тропу к нефтяным и газовым богатствам Центральной Азии оставался по большей части блокирован, особенно после налетов крылатых ракет на Афганистан в 1998 году после взрывов Аль-Каидой посольств в Кении и Танзании.
Всего только 18 месяцев назад все геополитические разговоры сводились к восстановлению власти России на бывших советских территориях, таких как Узбекистан, Туркменистан, Таджикистан, Кыргызстан и Казахстан. Московский новоутвердившийся президент Владимир Путин был особенно заинтересован в дестабилизирующем воздействии поддерживаемых Талибаном фундаменталистов (которых он связывал с Чечней). "Действия исламских экстремистов в Центральной Азии дают России шанс укрепить ее положение в регионе", - говорится в меморандуме тогдашнего российского министра обороны Игоря Сергеева. Китай, обеспокоенный волнениями среди его собственных национальных меньшинств - мусульман-уйгуров и осознающий стратегический и экономический потенциал Центральной Азии, также начал в июне прошлого года расширять свое влияние в регионе через новый Шанхайский пакт.
Однако вслед за 11 сентября и по мере того, как менялась динамика в отношениях между Россией и США, Путин согласился (не послушавшись советов некоторых высших генералов) позволить США договориться с соседями Афганистана о первой ограниченной базе и военных объектах для проведения операций. Также и Китай, противясь в принципе вмешательству США, на практике признал серьезные последствия попыток отвадить США. Помогая американцам, обе страны надеются выгадать в других отношениях и помогают в умеренной степени. США начали обращаться с Путиным, как с партнером, даже предложили более тесные взаимоотношения с НАТО. Споров с Пекином по поводу прав человека и торговли после инцидента с самолетом-разведчиком стараются избегать. Китай вступил в ВТО без сучка без задоринки.
И все же у обеих стран накапливается все больше веских причин, чтобы пожалеть о своей соглашательской позиции. Пробравшись в центральноазиатский огород путем напора, лести и подкупа, США, конечно, не собираются оттуда уходить в обозримом будущем. Романтики, что считают это демонстрацией обязательств восстановить разваленный Афганистан, просто бредят.
Главным приоритетом США остаются, как и всегда, погоня и уничтожение Аль-Каиды. Этот фокус ныне переместился в другие места - в Пакистан, Сомали даже в Иран. То, что они оставили за собой в Афганистане, предоставлено "коалиции желающих", в том числе силы безопасности малой мощности во главе с Великобританией или агентства по оказанию помощи, или дипломаты ООН, или кто угодно, но не администрация Буша. Короче говоря, разработчики способны создавать государства, а США строят империи.
Задача охватывающих периферию Афганистана американских баз лишь отчасти направлена на сдерживание угрозы политической регрессии или вылазок Талибана в Кабуле. Их главная долговременная роль - проецировать американскую мощь и американские интересы на страны, бывшие прежде вне досягаемости США.
Таким образом, Узбекистан стал местом расположения постоянной американской базы в Ханабаде с 1500 человеками американского персонала; Манас неподалеку от Бишкека в Кыргызстане считается будущим "узлом перевозок", где расположатся 3000 солдат, военные и разведывательные самолеты; еще больше аэродромов под контролем США в Таджикистане и Пакистане, а Пентагон приступил к регулярной замене войск, закрепляя то, что вначале считалось временным чрезвычайным развертыванием.
Искушения для местных правительств видны невооруженным глазом. Военное сотрудничество обычно срабатывает в две стороны. По соглашению за базы США предоставляют военную подготовку и снаряжение для местных войск. Затем следуют пакеты экономической помощи и торговые соглашения. Таким образом, прежде находящийся в небрежении Узбекистан получил в 2001 году 64 млн долларов американской помощи и на 164 млн долл. кредитов Эксимбанка. В 2002 году администрация Буша планирует выделить Казахстану помощи на 52 млн долл. отчасти в виде военного снаряжения. Зонтик безопасности США дает защиту от других хищных государств и действенно укрепляет группу главным образом непопулярных режимов, находящихся у власти.
"Хюман Райтс Вотч" в своем ежегодном докладе, опубликованном на этой неделе, указывает, что эти сделки были заключены несмотря на хорошо продокументированную озабоченность по поводу авторитаризма, хронического отсутствия демократии и уважения к правам человека - пыток политических заключенных, широко распространенных, к примеру, в Таджикистане, и часто несуществующей свободы прессы по всей Центральной Азии.
Для американских строителей империй на протяжении истории ответ на такие противоречия состоял в том, что контакт с высшими ценностями и стандартами в конце концов окажет положительное благотворное воздействие. Тем временем потенциальные выгоды для США остаются огромными: растущая военная гегемония в немногих уголках света, которые еще не во власти Вашингтона, расширение стратегического влияния за счет России и Китая, краеугольное политическое положение и святая святых - доступ до баснословных запасов не ОПЕКовской нефти и газу в Центральной Азии. Если афганцы будут вести себя примерно, то им могут поручить заведовать трубопроводом.