20 марта 2002
ИДЕЯ ЕВРАЗИИ МОЖЕТ ОБЪЕДИНИТЬ БЫЛЫХ ВРАГОВ - ТУРЦИЮ И РОССИЮ
20 марта 2002
ЕВРАЗИИ МОЖЕТ ОБЪЕДИНИТЬ БЫЛЫХ ВРАГОВ - ТУРЦИЮ И РОССИЮ Игорь Торбаков
Провокационное заявление высокопоставленного турецкого генерала о том, что Анкаре следует отвернуться от Европы и испробовать другие стратегические альтернативы, вызвало горячие публичные дебаты, посвященные нынешнему состоянию отношений между Турцией и Европейским Союзом. В то же время замечания, высказанные генеральным секретарем всемогущего Совета национальной безопасности (СНБ) Турции Тунджером Килиджем, обнаруживают поразительное сходство с идеями, популярными в аналогичном сегменте политической элиты в России.
Выступая на конференции «Как создать пояс мира вокруг Турции», которая проводилась командованием военных академий, генерал Килидж выразил разочарование политикой Евросоюза в отношении Турции и сказал, что Анкаре следует обратить свои взоры на восток в поисках новых союзников. Он выделил Россию как потенциального стратегического партнера. [Историю вопроса см. Архив рубрики Eurasia Insight].
Последовавшие официальные заявления были направлены на то, чтобы дистанцировать правительство и военное ведомство от слов Килиджа, в них утверждалось, что генерал выразил свои личные взгляды. Однако местные комментаторы оспаривают эти заявления.
«Не может быть и речи о том, - говорит один из хорошо информированных турецких аналитиков, - чтобы турецкому генералу вдруг захотелось высказаться по важнейшему политическому вопросу без предварительного одобрения своего руководства». Наблюдатель добавляет, что «Килидж - не просто генерал. В августе 2003 года он станет командующим ВВС. Точно так же и СНБ не является простой военной организацией».
По мнению Дженгиза Джандара, влиятельного обозревателя из газеты «Йени Сафак», «слова генерала Килиджа явно отражают тенденцию, превалирующую среди высшего руководства турецких вооруженных сил».
Большинство местных и международных комментаторов согласны, что турецкая угроза пересмотреть свою геополитическую ориентацию была предпринята прежде всего в расчете на Брюссель. «Килидж пытался дать сигнал главным образом Европейскому Союзу», - пишет обозреватель Сами Кохен из ежедневной газеты «Миллиет». Однако этот на первый взгляд тактический шаг является также выражением более глубокой тенденции, а именно давно существующего раскола турецкого общества.
«В конце 18 века турки-османы оказались расколотыми в связи с европейскими устремлениями султана Селима III», - замечает Бурак Бекдил из Turkish Daily News. «Два столетия спустя турки-республиканцы точно так же расколоты по вопросу о долгом и трудном вхождении страны в Европу».
Нельзя не заметить любопытного сходства между турецким опытом и многочисленными попытками европеизации России, которые неизменно приводили к глубоким разногласиям в российском обществе. Как и в Турции, споры в России ведутся более двух столетий. В конце 18 века, например, князь Михаил Щербатов осудил результаты западнических реформ Петра Великого в своем знаменитом памфлете «О повреждении нравов в России». В настоящее время немалая часть российской широкой публики и внушительная доля политиков косо смотрят на прозападную политику президента Владимира Путина.
Начиная с 16 в. и Турция и Россия вошли в международную европейскую политическую систему. Однако, несмотря на то, что обе страны были признаны другими европейскими государствами в качестве полноценных политических и военных держав, и Турции и России пришлось добиваться того, чтобы их признали культурной ровней европейцев.
Хронически неполная европеизация Турции и России, утверждают некоторые аналитики, порождает порочный круг. Нежелание европейских государств рассматривать Москву и Анкару как действительно равных партнеров усиливает в обеих странах «традиционалистские» настроения с присущими им идеями «национальных ценностей» и осуждением тесных отношений с «порочным Западом».
Многие современные российские традиционалисты называют себя евразийцами - по названию группы российских эмигрантов, активно действовавших в Европе в 1920-х годах. Одно из главных положений основателей этого идейного движения и их современных последователей заключается в том, что Россия является уникальным обществом, это и не Европа, и не Азия. В то же время стратегические союзники России, утверждают евразийцы, находятся главным образом на востоке.
Спорные высказывания генерала Килиджа можно интерпретировать как турецкий вариант евразийства. Евразийские настроения подхватили и другие турецкие руководители. Например, в своем недавнем комментарии председатель турецкого парламента Омер Изги сказал, что «Турция является великой державой, вращающейся вокруг своей собственной оси. Это великое государство».
«Ей нет необходимости что-то искать. Если сопротивление со стороны Евросоюза будет продолжаться и если оно станет неприемлемым, Турция найдет возможность объединиться с другими державами, которые ее окружают», - продолжил Изги, член партии «Националистическое движение».
Некоторые политические комментаторы задают вопрос, располагают ли евразийские настроения в Турции и России достаточным количеством сторонников и влиянием, чтобы добиться установления стратегического партнерства между Анкарой и Москвой. По этому вопросу мнения экспертов расходятся. Некоторые указывают, что Турция и Россия находились в состоянии вековечного соперничества на огромной территории от Балкан до Кавказа. «Не секрет, - пишет аналитик Бекдил, - что турки в течение столетий рассматривали [российскую] империю, коммунистическую и постсоветскую Россию как часть серьезной внешней угрозы в этой части мира».
Другие комментаторы замечают, что, когда обе страны оказались в политической изоляции и были исключены из «европейского согласия», они пошли на естественный союз. В течение 1920-30 годов длился долгий медовый месяц в отношениях между кемалистской Турцией и большевистской Россией. Период российско-турецкого сотрудничества, говорят некоторые историки, принес обоюдную выгоду в экономике и способствовал стабилизации неспокойного многонационального Закавказья после потрясений Первой мировой войны и русской революции.
В настоящее время, считают наблюдатели, Москва и Анкара, по сути дела, вынуждены иметь дело с теми же проблемами. Обе страны уже прекратили действие некоторых важнейших договоров по энергопоставкам и продолжают изучать вопрос о наилучшем использовании богатых ресурсов Каспия. Турция и Россия стремятся также к разрешению многочисленных конфликтов на пространстве постсоветского Кавказа.
Идеи евразийства можно обнаружить даже среди членов проевропейской, умеренной Партии отечества. Одобрив высказывания генерала Килиджа и назвав их «смелыми», заместитель председателя Партии отечества Бюлент Акарджали сказал, что союз Турции с Россией и Ираном был бы «чрезвычайно полезным».
«Очень важно было бы заключить такой союз», - сказал Акарджали. Привлечение в качестве союзников Ирана и России «пойдет также на пользу Кавказу».
Побывав в прошлый уикенд на встрече азербайджанских и армянских журналистов в Каппадокии, Акарджали заявил, что пятисторонний союз, состоящий из Турции, Армении, Грузии, Азербайджана и России, мог бы решить проблемы трех государств Закавказья. Некоторые давние политические проблемы Кавказа, особенно Нагорно-Карабахский конфликт, рассматриваются как препятствия на пути разработки и полного раскрытия потенциала энергоресурсов бассейна Каспийского моря.
От редакции: Игорь Торбаков - независимый журналист, специалист по вопросам политической жизни стран СНГ. Окончил Московский государственный университет им. М.В.Ломоносова, защитил докторскую степень в Украинской Академии наук. В 1988-1997 гг. работал научным сотрудником Института российской истории Российской Академии наук. В 1995 г. стажировался в рамках программы обмена в Институте Кеннана Международного исследовательского центра Вудро Вильсона (Вашингтон, округ Колумбия). В 2000 г. - Фулбрайтовский стипендиат-исследователь в Колумбийском университете (Нью-Йорк). В настоящее время живет и работает в Стамбуле (Турция).