во все стороны - да? да?! да!!!
Роман АЛМАЗОВ
Нурсултан Назарбаев во время визита в Индию заявил о том, что идея трансафганского трубопровода для экспорта нефти из Казахстана вполне осуществима, - такие данные приводит Шамсудин Мамаев в статье "Где пройдет Шелковый путь к нефти" в журнале "Эксперт" от 18 марта 2002 года.
В то же время по проекту Баку - Тбилиси - Джейхан Казахстан также заявляет о своем участии. По крайней мере, Стивен Манн, старший советник госсекретаря США по вопросам каспийской энергетической политики, заявил, что президент Назарбаев "высказал поддержку проекту Баку - Джейхан и подтвердил о возможном участии в будущем казахстанских производителей нефти в этом проекте".
Вот такая трубопроводная многовекторность в действии: всем - да, и никому нет отказа. Позиция Казахстана такова: на все вопросы отвечается: "да, да, да". И это заставляет задуматься. А знает ли подзащитный другие слова?
С Баку - Джейханом Соединенные Штаты "играли" всегда. Вплоть до того, что Джон Вулф, предшественник Стивена Манна и Элизабет Джоунс на посту спецпредставителя президента США на Каспии, говорил, что этот проект может осуществиться и без казахстанской нефти. На самом деле нефти в ближайшее десятилетие, а может и вообще, на Каспии в существенных объемах нет. Ни в Азербайджане, ни в Казахстане.
Вся нефть Казахстана, включая "большую" нефть Кашагана, может уместиться в КТК, который можно разогнать с помощью насосных станций до 80 млн тонн в год. Запуск КТК в России почти все оценивали как большой успех путинской администрации. В свое время Путин еще в бытность премьер-министром объявлял о личном патронаже строительства КТК. Но все равно не все, а почти все в России приветствовали КТК. "Почти" означает, что государственная компания "Транснефть" осуществлением такого трубопровода была не совсем счастлива - ведь трубопровод частный. В нем, кстати, до сих пор недостаточно нефти. Не хватает ее, не могут акционеры обеспечить должные объемы, а еще и Турция протестует против загруженности своих проливов. Политика с нефтью заодно - ведь Турция союзник США, которым такой трубопровод на словах приятен, а на деле - как кость в горле.
И остается еще Иран, у которого очень плохие отношения с Соединенными Штатами были и пока есть. Иран даже президент США в "ось зла" зачислил. Правда, после этого спичрайтера президента Буша уволили. Но плохие отношения с США не означают плохих отношений Ирана с европейскими странами. А европейские нефтегазовые компании не только ведут бизнес в Иране, но и имеют очень большой процент акций - более 70-ти в разработке Восточного Кашагана - консорциум "Аджип ККО".
А ведь было время, и сами американцы об иранском маршруте высказывались положительно. Тогда Буш-младший боролся за кресло с Гором, один из членов его команды, а ныне вице-президент Дик Чейни, говорил, что иранский маршрут лучше, чем Баку - Тбилиси - Джейхан. От себя добавим: и лучше, чем трансафганский. Но кандидат в президенты стал президентом, и об иранском маршруте забыли. Оставили в памяти Баку - Тбилиси - Джейхан и вспомнили о трансафганском. Политика - это искусство вовремя помнить и забывать.
Но с афганской трубой, история которой начинается еще в 1997 году, были огромные проблемы. Ее история демонстрирует то, что нефть, политика и деньги связаны между собой, как три желания. Но желания не всегда становятся действительностью. То же самое произошло и с этой трансафганской трубой.
В этот проект была вовлечена компания ЮНОКАЛ. При этом она пользовалась недвусмысленной поддержкой со стороны официальных политических кругов США. Американцы ставку тогда делали на талибов. Идея была такова. Талибы приходят к власти с помощью пакистанских инструкторов и американских денег, наводят в Афганистане порядок, а потом строят трубу и охраняют ее. Американские корпорации получают нефть, талибы свои комиссионные, а Америка, таким образом, привязывает регион постсоветской Центральной Азии к своему союзнику - Пакистану. И тем самым ослабляется влияние России, Ирана и Китая.
Но в 1998 году компании ЮНОКАЛ пришлось разорвать все контакты с талибами. Тогда произошел взрыв американского посольства в Кении, который был совершен членами Аль-Каиды, тесно связанной с Талибаном. Талибы подросли и стали кусать руку, их вскормившую.
Но сейчас Афганистан усмирен, по крайней мере есть такая видимость. И вопрос о трубе зазвучал с новой силой. И опять на сцене ЮНОКАЛ. До этого у нее были контакты с талибами, а теперь с новым правительством Афганистана. Деньги есть, нефть есть предположительно, ЮНОКАЛ тот же, только изменился партнер с афганской стороны. Но ведь Афганистан - это страна, в которой воюют более двадцати лет. Построить трубу там означает пренебречь всеми политическими рисками. Ведь трубопровод трудно и дорого строить и очень легко и дешево взрывать. А взрывать в Афганистане умеют.
Но, с другой стороны, трубопровод мог бы объединить раздробленную страну - Афганистан, сконсолидировать ее и мобилизовать. Но если за это будут платить американцы, то это их головная боль. А при чем здесь Казахстан?
Нефть казахстанская, но выбор маршрута остается не за Казахстаном. Старая, старая закономерность: кто платит, тот и музыку заказывает.
В любом случае тянуть трубу через Афганистан, где пуштуны-гильзаи не в ладах с пуштунами-дюранийцами, и оба этих племени отличаются от узбеков и таджиков, - все это похоже только на демонстрацию неунывающего американского оптимизма, или огромных амбиций и еще больших денег.
А что остается Казахстану? "Да" - других слов на международной арене мы не знаем.