2002 ?16 апрель Ашхабадский саммит глав Прикаспийских государств не оправдал даже пессимистичных прогнозов.
Cостоявшийся на этой неделе саммит пяти президентов Прикаспийских государств принес более скромные результаты, чем это ожидалось.
Большинство аналитиков предполагало, что форум вряд ли будет прорывным в части достижения окончательных договоренностей, но то, что по итогам саммита не будет подписано даже формальной декларации, было труднопредсказуемо. Стороны не могут пока сказать, что достигнут какой-либо прогресс в продвижении к определению общих принципов определения правового статуса Каспия. По информации российских СМИ, ключевую роль в том, что документ так и не подписан, сыграла точка зрения туркменского лидера Сапармурада Ниязова, который заявил о том, что не хочет подписывать "пустую декларацию". Противоречия между тройкой стран (Россией, Казахстаном и Азербайджаном, договорившихся о делении по принципу модифицированной срединной линии) и Туркменией и Ираном - с другой стороны, похоже, пока не становятся менее острыми. Позиция Туркмении, по мнению большинства наблюдателей, все же ближе к позиции "северян", чем Ирана. Сапармурад Ниязов настаивает на делении не только дна, но и поверхности моря и наделения каждой страны территориальными водами и экономической зоной.
Крайне острый конфликт между Туркменией и Азербайджаном, во многом из-за которого не состоялась идея транскаспийского газопровода, и не думает стихать. Президент Азербайджана был вынужден комментировать эту тему уже по возвращении в Баку, и сказал довольно язвительные слова по поводу "карт, которые чертятся произвольно" Туркменбаши. Сам же г-н Ниязов повторил свою фразу о том, что Каспий "пахнет кровью". Иран еще более непримирим, настаивая на принципе деления "всем по 20%", и считая, что все сепаратные договоренности участников недействительны. Большинство аналитиков усматривает главную предпосылку возникших противоречий в том, что если на севере Каспия достаточно много нефти и все три "северных страны" уже значительно продвинулись в привлечении иностранных инвестиций и разработке шельфа, то Туркмении и Ирану, согласно большинству оценок, незачем торопиться, поскольку на их участках нет крупных запасов нефти. Иран к тому же считает "идеологической диверсией" появление западных компаний на Каспии и исключает любое участие в спорах некаспийских стран. Поведение иранского лидера Хатами в этой связи было достаточно резким, он демонстративно покинул переговоры в первый же день и не остался на ужин от имени Туркменбаши. Как сообщает российский "Коммерсантъ", на следующий день иранская сторона постаралась смягчить впечатление и объяснила журналистам, что г-н Хатами и не должен был ужинать вместе со всеми, потому что у него болела спина, согласно другой версии, он не стал ужинать потому, что за ужином предполагалось распитие спиртного. Стороны, однако, сумели завершить саммит без формального скандала и договориться о том, что встречи президентов должны проводиться не реже, чем раз в год.
Дальнейшие перспективы урегулирования, однако, довольно туманны: если еще год назад казалось, что стремительно крепнущая Россия сможет стать своеобразным "каспийским локомотивом" и найти аргументы для каждой из конфликтующих стран, то теперь такого ощущения нет. Туркмения не хочет вступать в созданный Россией и Казахстаном газовый альянс, настаивая на улучшении ценовых условий, влияние Москвы на Тегеран также ослабло. Аналитик российского "Никойла" Геннадий Крассовский все же предполагает возможность прорыва в течение ближайших 2-3 лет, связывая ее с прохождением нефтепровода, по которому будет транспортироваться каспийская нефть через Иран, после чего изменится и его позиция по поводу правового статуса моря.
Дмитрий КАРПОВ.