раздел. Президенты поделили Каспийское море на две зоны
© Сергей Грибов RusEnergy
Провал ашхабадской встречи глав прикаспийских государств окажет важнейшее влияние на инвестиционное будущее региона. Каспийские страны разделились на две группы: решивших между собой пограничные проблемы и ищущих конфронтации. Вторая группа представляется источником постоянных военно-политических рисков и для своих нефтяных проектов, и для проектов других стран, находящихся по соседству, что делает Южный Каспий зоной повышенного риска для инвесторов. Теперь географическое местоположение проекта на Каспийском море выглядит не менее значимым фактором, чем его геологические перспективы.
Важность бескомпромиссности
Процесс урегулирования проблемы раздела Каспийского моря перестал иметь отвлеченное значение для иностранных инвесторов, а их проекты стали заложниками политических амбиций здешних правителей. Первая встреча глав пяти государств региона 24 апреля в Ашхабаде, посвященная статусу Каспия, показала, что политика некоторых из них не только не способствует привлечению инвестиций в освоение нефтяных запасов региона, но и делает их сильно рискованными.
Иран и Туркменистан отказались поддержать принцип раздела дна моря по принципу срединной линии и сохранении в общем пользовании водной толщи, ранее предложенный Россией и одобренный Казахстаном и Азербайджаном. Тегеран потребовал половину всех природных ресурсов Каспия, Ашхабад - месторождения Азери и Чираг, разрабатываемые иностранными компаниями по соглашению с Азербайджаном.
Москва, Астана и Баку не поддержали требования иранцев и туркмен. Запланированную Декларацию о принципах использования Каспийского моря президенты не подписали и разъехались без обещания собраться. Однако отрицательный результат этой встречи имеет весьма положительное значение для проектов в Северном Каспии, тогда как инвестиционный климат в южной части моря становится менее привлекательным.
Негостеприимный юг
Проблемы южной части Каспийского моря вытекают из иранских и туркменских амбиций. Минувшим летом Тегеран с помощью военных кораблей и самолетов заставил британскую ВР и других инвесторов отказаться от освоение нескольких морских блоков, на которые претендуют и Азербайджан, и Иран. Примерно таким же образом Ашхабад оберегает спорный с Баку блок Сердар/Кяпаз, который поочередно пытались продать иностранным компаниям и Азербайджан, и Туркменистан.
Эти неудавшиеся проекты - отдельные примеры общей тенденции, заключающейся в том, что значительная часть акватории Южного Каспия оказывается недоступной для инвесторов. Соглашение инвестора с одной страной совершенно не гарантирует отсутствие военной угрозы со стороны соседней.
Между тем, Туркменистан не отказался от попыток продать иностранным компаниям более 30 своих морских блоков с запасами более 16 млрд т нефтяного эквивалента. Азербайджан связывает перспективы открытия новых запасов углеводородов с южной глубоководной частью своего шельфа, то есть на территориях, оспариваемых Тегераном и Ашхабадом.
Драматизм отношений Азербайджана и Туркменистана состоит в том, что у них нет других территорий со сколько-нибудь значительными прогнозными запасами нефти. Возникает большая вероятность того, что их инвестиционный и нефтяной потенциал будет надолго ограничен ныне существующими проектами без перспектив дальнейшего роста. Туркменистан уже отказался от продажи нескольких морских блоков из-за претензий Ирана.
Но даже такой прогноз южно-каспийского будущего может оказаться слишком оптимистичным. Тегеран претендует на половину каспийской акватории, и линия его аппетитов проходит севернее Апшеронской гряды, которая пересекает море от Баку до Челекена и Туркменбаши, и на которой сосредоточены большинство туркменских и азербайджанских проектов. В Азербайджане это месторождения Азери, Чираг, Гюнешли, Шах-Дениз, разрабатываемые международными консорциумами во главе с ВР. Тегеран может использовать атаки на эти проекты как прием в геополитическом конфликте США, что делает их экономику более рискованной, чем раньше.