Информационное Агентство MidEast.ru, 5 Июня 2005
Как России и США лучше взаимодействовать в Центральной Азии
Гарри Бакнелл, аналитик по вопросам политики и безопасности Aegis Defense Services, Лондон
Становится все более очевидным тот факт, что Россия со времени распада СССР все больше теряет свое влияние в странах бывшего советского блока. Кроме того, почти нет признаков того, что Россия задумывается над политикой в отношении стран Центральной Азии, которая бы ориентировалась на продвижение демократии, стабильности и экономического развития.
Часть проблемы заключается в том, что и Россия, и США достаточно заинтересованы в данном регионе, чтобы помешать этим переменам, и одновременно достаточно не заинтересованы в том, чтобы идти навстречу им. Оба государства слишком заняты в других регионах и это означает, что у местных диктаторов достаточно свободы, чтобы окончательно все испортить. Более того, ни одно из государств в регионе не обладает достаточно надежными рычагами воздействия, чтобы справиться с внутренним политическим неблагополучием.
Репрессии являются одной из основных форм диктаторства. Между тем, суровые репрессии в сочетании с социально-экономическим неблагополучием создают плодотворную почву для экстремистов. Если целью политических режимов в Центральной Азии является создание следующего поколения экстремистов, то они находятся на верном пути.
Итак, обладает ли Россия тем влиянием или желанием чтобы надавить на эти режимы и тем самым развить более политически и экономически открытое общество? Маловероятно. Станут ли США фокусировать свою политику на достижение долгосрочных или краткосрочных результатов, чтобы облегчить задачу борьбы с терроризмом? Опять же, маловероятно. Последствия дипломатической бездеятельности и неоперативности выльются в еще большие протесты, что имеет прямое отношение к региону, и появление нового поколения экстремистов, что имеет отношение ко всем нам. И это только то, что касается Центральной Азии.
Владимир Фролов, независимый политолог И Россия, и США имеют незначительное влияние на режим Ислама Каримова в Узбекистане. Каримов умело избегал обязывающих международных соглашений и тем самым успешно проводил политику исключительно в своих интересах. В некоторых особо важных областях Россия и США зависимы от Каримова и его доброй воли в гораздо большей степени (газовые сделки Газпрома, военные базы Пентагона, центры допросов ЦРУ), нежели он от их политической поддержки. Международная легитимность играет небольшую роль в поддержании внутренних позиций Каримова, тогда как США ежегодно оказывают ему финансовую помощь (порядка 50 млн. долларов) , которая является нелишней. Благодаря таким программам финансовой помощи, США в какой-то степени имеют больше инструментов влияния на Каримова, но все же это не гарантирует Вашингтону абсолютного успеха.
С этой точки зрения кажется маловероятным, что США и Россия будут сотрудничать в деле отстранения Ислама Каримова от власти. Часть проблемы состоит в том, что ни один из них не видит достойного преемника на место Каримова, который мог бы объединить нацию и предотвратить захват власти исламскими фундаменталистами. Как мне кажется, страх перед «зеленой» революцией в Узбекистане преувеличен и избежать ее вполне возможно.
Политика Узбекистана по сути клановая. Смена режима может произойти только со стороны внешнего клана, конкурирующего с местной элитой, с исламистскими военными, которые используют межклановую вражду в своих целях.
Хотя до сих пор имеется время и политическое пространство для грамотного передела власти и достижения успешного политического соглашения с Каримовым и его властями, включающими в себя клан Самарканда и другие кланы, в основном Андижан и Наманган. Представители данных кланов являются довольно близкими Каримову людьми, как, например, его собственная дочь Гульнара, также начальник МВД Захир Алматов, причем им обоим предрекали быть наследниками Каримова, дав начало достойному политическому и экономическому влиянию своим соперникам.
Трагедия состоит в том, что Каримову до сих пор кажется, что его режим достаточно устойчив к какому-либо давлению извне и изнутри: он, кажется, не понимает что уже раскачивается над пропастью. Таким образом, он даже не видит необходимости начинать какой-либо переговорный процесс со своими противниками. Правда, когда болезненное осознание этого все-таки дойдет до Ташкента, будет уже слишком поздно начинать какую-либо дипломатию.
Именно страх перед тем, что исламисты могут одержать в конце концов победу, заставляет Россию и США идти на столь трудное сотрудничество в деле поддержания режима Каримова, но тем не менее позиция Вашингтона кажется более квалифицированной нежели позиция Москвы.
Дэйл Херспринг, доктор политических наук, Университет Канзаса Я, возможно, слишком привязан к прошлому, но мне показалось бы странным, если бы русские попросили нас не вмешиваться в происходящее в Узбекистане. Да, у нас имеется база ВВС в этой стране, но, если бы поступила такая просьба, то узбекское правительство в ответ легитимизировало бы наше присутствие в своей стране. Не надо забывать, что именно Владимир Путин подтолкнул Каримова к размещению наших баз на своей территории после событий 11 сентября. Это «временное разрешение». Так оно и было, мы действовали осторожно и мирно, и есть предположения, что эта база станет постоянной. Исходя из того, что уже происходит, ни одна из сторон не заинтересована в достижении мирного компромисса. Довольно трудно найти выход мирным путем из такого рода вопроса, когда мы имеем дело с тоталитарным диктатором с одной стороны, а с другой -- с теократическим/тоталитарным режимом. Я полагаю что ситуация станет еще хуже т.к. у обеих сторон связаны руки и они всецело подвластны происходящим событиям.
В таком случае встает вопрос: что мы можем сделать? Послать вооруженные силы? Это будет крайняя мера, на которую и так не хочет идти президент Буш, а российские войска - не совсем подходящий вариант для этой роли. В самом деле, с такой острой проблемой как Иран, я сомневаюсь что многие действительно сфокусированы на происходящем в Узбекистане. Обе стороны в Узбекистане, равно как и остальные страны Центральной Азии прекрасно понимают, что наш интерес сейчас направлен на другие события и попытаются поиметь с этого только выгоду. Может ли Россия прилагать больше усилий по сдерживанию радикального исламизма в странах Центральной Азии? Если да, то как? Единственное чему русские не могутнайти решения, так это проблеме религиозного радикализма - в Чечне они повернули национальное восстание в религиозный джихад, что не вселяет оптимизм.
Андрей Цыганков, профессор международных отношений, Университет Сан Франциско Россия имеет существенное, если не сказать преобладающее, влияние в регионе, заключающееся в наличии силы и возможности предложить военную защиту. Например, в экономической сфере российские вливания в узбекскую экономику составляют 6% от узбекского ВВП. Политическое и экономическое влияние отображается в соглашении о стратегическом партнерстве, подписанном в прошлом году, также как и недавнее решение Узбекистана выйти из состава ГУУАМ. Тем не менее, у России нет ни возможности, ни желания изменить режим в регионе и единственный выход - революционный либо деструктивный. В регионе нет ни одной неправительственной организации, такой, например, как Фонд Сороса, которая бы финансировала оппозицию или была бы направлена на демократизацию региона. Наоборот, она развивает отношения с правящим режимом даже если этот режим погряз в коррупции и банально нарушает основные права человека.
Должна ли Россия поменять свои взгляды, надавить на Центрально-Азиатский регион и начать развивать диалог с оппозицией? Да, должна. «Оранжевая революция» должна была научить Кремль понимать всю важность построения отношений с внешним политическим спектром ее региональных соседей. Настолько активно, насколько это возможно, надо прилагать все усилия для поддержания политической стабильности в регионе. Например, кто-то должен подтолкнуть лидеров центральноазиатских стран к принятию более эгалитарной социально-экономической политики. Так же как Грузия и Молдова, Узбекистан и Казахстан обладают довольно сильными экономиками и могут позволить лучшее перераспределение своего дохода, особенно когда их собственное выживание висит на волоске. Очевидно, что исламисты в Фергане, равно как и в Чечне, достаточно успешны в рекруте молодых людей на свою сторону которые идут к ним, видя нищету и безработицу в своей стране. Также очевидно что и Каримов, и Назарбаев, которые, в ответе за давление на оппозицию, только ухудшают ситуацию. Остается вопрос - обладает ли Россия достаточно сильным рычагом воздействия для того, чтобы они изменили свою точку зрения. В отсутствии такового, поддержание диктаторов в регионе не имеет смысла.
Айра Штраус, координатор Общественного комитета «Восточная Европа и Россия в НАТО» Ни Россия ни США не имеют полновластного влияния на страны Центральной Азии. В каких-то государствах США обладают большим влиянием, в других - Россия. Но ни в одном из случаев это не является контролирующим влиянием. Наибольшее влияние исходит все-таки от руководства в самих этих странах. Хотя во многих ситуациях Россия и США могли бы иметь преобладающее влияние - сдерживание исламизма, поддержание стабильности, некоторая модернизация и либерализация. На пути такого преобладания стоит довольно банальная преграда - их привычка действовать в разных направлениях. Они расходятся во взглядах не только политических, но и в вечном соревновании за влияние и постоянную критику друг друга во всем что бы они не предпринимали. В этом состязании обе страны находятся под угрозой утратить свои основные шансы на влияние в регионе - а также возможности защищать свои жизненно важные интересы.
Преследуя политику доктринального легитимизма, поддерживая тот режим который есть в той или иной стране СНГ, и не пытаясь как-либо его улучшить, Россия в конце концов все равно приходит только к полемике. Если Россия и вмешивается во внутреннюю политику того или иного государства, то чаще всего это происходит весьма грубым образом, в то время как любое вмешательство должно носить прежде всего координирующий и легитимный характер, но никак не грубый.
Режим Каримова по своей сути носит репрессивный характер и поэтому неудивительно что он привел к восстанию. Исламисты сыграли далеко не последнюю роль в этом восстании, и теперь не ясно, каким мог бы быть выход из сложившийся ситуации. США и Россия в замешательстве и весьма осторожны, стараясь избежать ситуации взаимной оппозиции. Самое главное, что такое поведение двух держав - весьма приятный знак, т.к. это означает что они будут вынуждены сотрудничать, а это в свою очередь означает что выход из ситуации с Каримовым может быть очень скоро найден если Россия и США будут действовать скоординировано, т.к. в противном случае результат может оказаться печальным - приход исламистов к власти, хаос, дестабилизация всего региона. Упускать возможность сотрудничества означает для обеих стран одно: поставить под угрозу свои жизненно важные интересы.