АКАДЕМИЯ В СРЕДНЕЙ АЗИИ
На вопросы "ЛГ" отвечает главный редактор журнала "Памир" Искандар ХАМРАКУЛОВ.
- Десять прошедших лет: плюсы и минусы для таджикской литературы?
- Основной минус прошедших десяти лет заключается в том, что большая группа писателей покинула Таджикистан. Гораздо меньше стало русскоязычных писателей. Но остались те, кто писал на персидском языке, фарси. Собственно их-то я и перевожу, представляя в журнале "Памир". Но среди его авторов по-прежнему есть и российские. Например, те, кто находится на территории Таджикистана по долгу службы. Так, у нас есть рубрика "Российские пограничники в гостях у журнала "Памир". Здесь мы в последнем номере опубликовали цикл стихов Владимира Меркушина "Вот я тебе пою". Это полковник, пограничник. А стихи - закачаешься! Вот Иван Астырцев, военный медик, пишет прозу. И несмотря на то, что литературных сил у нас маловато, мы все же стараемся выдерживать журнал на высоком художественном уровне.
- А за этот период издание журнала не прерывалось?
- Никогда.
- Каким тиражом он выходит сейчас?
- Тиражом 500 экземпляров. Но самое главное, что русскоязычный журнал у нас остался. И финансирует его наше правительство. То есть вопрос сохранности журнала решался на правительственном уровне. В ближайшее время журнал будет выходить четыре раза в год, а в дальнейшем планируем выпускать раз в два месяца. Но уже не чаще, потому что все-таки он на русском языке и читателей у него меньше, чем у журнала на таджикском языке.
- Прагматический вопрос. Чем журнал интересен или выгоден вам?
- Тем, что лучшие вещи на таджикском языке мы переводим на русский и, значит, получаем более обширную читательскую аудиторию, доставляя его в Россию. А значит, есть вероятность, что понравившееся произведение может быть где-то еще перепечатано. Например, стихи того же Меркушина, которого мы собираемся принимать в наш Союз писателей.
- Но чтобы журнал читали не только литераторы, необходимы и произведения, скажем, динамичного плана, рассчитанные на обычного читателя:
- А именно для этого я публикую и свою повесть "Яблоко для Ситы". Это повесть о молодом человеке, медике, который во время войны оказался в заложниках. Но из плена вернулся: миллионером!
- Да-а, неожиданный поворот. Заранее любопытно.
- Вот это к вопросу о привлечении читательского интереса. Чтобы журнал не залеживался. А он и не залеживается!
- А как обстоит дело с литературным пополнением?
- Не очень хорошо. Но к литературе у нас самое серьезное отношение, поэтому и ситуация с пополнением обязательно будет выправляться. Ведь у нас сейчас несколько республик - Киргизия, Таджикистан, Узбекистан и Казахстан - объединились в Литературную академию. И раз в полгода мы собираемся то в одном государстве, то в другом. До России-то далеко, а мы все живем рядом. В прошлом году, в апреле, встреча состоялась в Бишкеке, в Киргизии. В октябре - в Душанбе. Следующая намечена в Казахстане, затем в Узбекистане. Так мы и ездим по городам и весям целым караваном, как в старые добрые времена. И нас встречают хлебом-солью, с б 'ольшим радушием, чем президентов! В каком-нибудь поселке люди встречают нас со слезами на глазах. Так соскучились по писательскому слову. Ведь менталитет людей за прошедшее время практически не изменился. Писатель несет праведное слово. Соответственно, и отношение к литератору, ну не как к пророку, но как к тому, кто несет духовное начало. Вот такое назначение писателя и должно сохраняться. Будь это на русской почве или на любой другой.
Беседовал Александр ЯКОВЛЕВ
© "Литературная газета", 2002