ли Дододжон Атовулоев в Таджикистан?
Не так давно из Душанбе пришло известие, что известный оппозиционный журналист Дододжон Атовулоев получил разрешение вернуться в свою страну из эмиграции. Более того, ему позволено свободно заниматься журналистикой и даже издавать столь ненавидимую власть предержащими газету "Чароги Руз".
Все последние годы эта газета издавалась за границей, то в Москве, то в Гамбурге, и ввозилась в Таджикистан нелегально. Против ее издателя в республике были выдвинуты многочисленные уголовные и политические обвинения. И вдруг - такой поворот в политике официального Душанбе, амнистия для Атовулоева. Чем она могла быть вызвана? Этот вопрос мы задали заместителю иностранных дел Таджикистана Салахитддину Насретдинову:
Уголовное дело в отношении Дододжона Атовулоева прекращено на основании закона республики Таджикистан об амнистии. В соответствии с этим законом Атовулоев вправе возвратиться на родину. И если издаваемая им газета соответствует республиканскому закону о печати и информации, то он может её публиковать.
Согласно этому закону Дододжон Атовулоев стал в Таджикистане свободным человеком, который может не опасаться отныне преследования властей?
Если господин Атовулоев будет нарушать законы республики Таджикистан, он будет осужден. Все же прошлые обвинения против него сняты.
Закон об амнистии был принят в Таджикистане ещё в прошлом году. Почему его действие было распространено на журналиста только сейчас?
Каждое уголовное дело требует индивидуального изучения. За это время наши специалисты рассмотрели дело Атовулоева и прокуратура республики вынесла решение о его прекращении.
Однако вся эта история с амнистией выглядит с юридической точки зрения несколько парадоксально. В конце концов, был амнистирован человек, который никогда ни одним судом не был признан ни в чем виновным. Мы поинтересовались мнением на этот счет самого Дододжона Атовулоева:
Я разговаривал со своими адвокатами и они просто смеялись, как можно амнистировать человека, не признанного виновным. Я рассматриваю это как политическое решение властей Таджикистана и я готов вернуться на родину, готов выпускать свою газету в республике. Таджикистан уже в течение 10 лет заявляет о том, что строит демократическое правовое государство. Но демократия это не лозунги, это ценности, свобода слова, права человека. И поэтому если Таджикистан действительно хочет, чтобы возрос его авторитет, то власти должны делать всё, чтобы "Чароги Руз" выходила в Таджикистане.
Но сколь искренне правительство Таджикистана в своем желании вернуть на родину журналиста Дододжона Атовулоева и газету "Чароги Руз"?
Если честно, я мало в это верю, но надеюсь, что в конце-концов они поймут, что так дальше продолжаться не может. Поэтому я думаю, что возвращение "Чароги Руз" в Таджикистан явилось бы и возвращением доверия мирового сообщества к нашей стране. Сам факт того, что глава комитета ОБСЕ по СМИ Фраймут Дуве, американский и канадский комитеты защиты журналистов, "Репортеры без границ", Международная хельсинкская федерация, выступили с требованиям к властям Таджикистана обеспечить безопасность сотрудников "Чароги Руз" и содействовать свободному изданию и распространению газеты в республике, говорит уже о многом.
Может быть, правительство стремится вернуть газету назад лишь для того, чтобы ее уничтожить?
Конечно, такой опыт у властей есть, они так же вернули исламскую оппозицию, бывших своих оппонентов, и в самом деле заткнули им рот. Но с "Чароги Руз" это не пройдет. Моя газета была и остается независимой, свободной трибуной для всех людей в Таджикистане.
Сколь велика опасность, жить и работать в Таджикистане критически мыслящему журналисту?
В Таджикистане на самом деле ситуация страшная, никто не может дать гарантии безопасности, тем более что и сам президент Рахмонов не управляет всей страной. Есть очень много районов, которые абсолютно не подчиняются никакой центральной власти. В республике нет единой власти. Но профессия журналиста - рискованная профессия. Я в самом деле очень устал от изгнания, устал жить в эмиграции и я готов вернуться на родину и выпускать свою газету в Таджикистане.
Людвиг Гибельгаус, НЕМЕЦКАЯ ВОЛНА