ТЫССОВСКИЙ
Тайна ареста Хамида Карзая Борьба за власть в Афганистане обостряется
Кабул. Середина 90-х годов прошлого века. Так называемая «центральная» власть президента Исламского Государства Афганистан Бурхануддина Раббани абсолютно номинальна, столица превратилась в арену кровавой поножовщины между полевыми командирами различных «партий» - с юга беззащитный город поливают ракетами боевики Гульбеддина Хекматьяра, с запада из района Пагмана ведут наступление на позиции хазарейцев ваххабиты из отрядов Абд Рабба Расула Сайяфа, в планомерное разрушение Кабула вносят свою лепту и другие «борцы за свободу Афганистана». В эти напряженные дни подчиненные президенту агенты службы госбезопасности во главе с офицером Мохаммедом Касемом Фахимом арестовывают замминистра иностранных дел в дышащем на ладан «правительстве моджахедов» Хамида Карзая.
Сегодня последний - глава переходного руководства Афганистана, а Фахим - министр обороны в его кабинете и представляет там могущественный Северный альянс - негласное объединение этнических меньшинств региона, где основную роль играют таджики.
Историю эту поведала недавно на своих страницах пакистанская газета «Доон», и, что очевидно, с определенным подтекстом. Рассказ об аресте Карзая и его побеге в дальнейшем из заточения строго укладывается в рамки целой серии «разоблачений» сути нынешней «Аманият» - службы госбезопасности, которая находится-де под контролем Фахима.
Впрочем, при чем здесь приставка «де»? Конечно же, находится. А суть «Аманият», как явствует из материала, в основном почерпнутого из американских источников, в том, что эта служба - «дочерняя фирма»: КГБ СССР в лице созданного им ХАД - «Хедмат-е аманият-е даулати» (службы госбезопасности) при режимах Мохаммада Тараки, Хафизуллы Амина, Бабрака Кармаля и Наджибуллы.
С этим, в принципе, трудно спорить. Во время моей работы в Афганистане в качестве журналиста ТАСС в начале 80-х годов советником в то время главы ХАД Наджибуллы был мой в прошлом однокурсник по Военному институту иностранных языков, легендарный генерал КГБ Виктор Спольников. «Уже сейчас «Хедмат-е аманият» носит все черты исключительно профессионального аппарата как внутри страны, так и за ее пределами», - говорил он мне в доверительном разговоре. При моих неизбежных журналистских контактах с руководителями подразделений ХАД бросалось, однако, в глаза, что подавляющее большинство их были таджиками. Это, естественно, принималось как отражение общей расстановки сил в политических структурах республики в целом и правящей партии в частности. Два «крыла» НДПА - «Хальк» (народ) и «Парчам» (знамя) - всегда боролись за благоволение Москвы. Первое (с преобладанием пуштунского членства и более радикальным настроем во внутриполитических преобразованиях) при Тараки и Амине воспринималось членами Политбюро ЦК КПСС более благосклонно, но после того, как афганский диктатор Амин не оправдал возлагавшихся на него Кремлем надежд и был смещен, умеренные «парчамисты», большинство среди которых принадлежало таджикам, вошли в фавор. Это, видимо, сказалось и на структуре ХАД. Впрочем, не только его. На собственном опыте я убедился, что разграничительная линия между «единомышленниками» пуштунского и таджикского розлива была весьма ощутима даже в ЦК НДПА, не говоря уже о других структурах по нисходящей.
Сегодня история в Афганистане, увы, повторяется, и, к сожалению, не в форме фарса, а скорее драмы, которая может перерасти для афганского народа в трагедию. Северный альянс сыграл огромную роль в победе над талибами и боевиками «Аль-Каиды», буквально отвоевав себе видную политическую роль в послевоенном раскладе сил в Кабуле. Карзай такое положение не мог игнорировать, и именно поэтому Фахим и его сторонники выдвинулись на ключевые роли в силовых структурах, включая «Аманият». Ее главой является Мохаммад Ареф, ранее руководитель структур безопасности в «зоне ответственности» легендарного полевого командира-таджика Ахмад Шаха Масуда, погибшего в сентябре 2001 года в результате покушения на его жизнь, и давний сподвижник Фахима.
Карзай, сам пуштун, всеми силами пытается выправить «таджикский крен». Его сторонники в правительстве не скрывают, что начинать надо с аппарата безопасности, который они характеризуют как «глубоко засекреченного бегемота», подчиняющегося Карзаю лишь номинально. Но как реформировать органы, насчитывающие свыше 30 тыс. человек и имеющие во главе каждого отдела таджика? Глава афганской администрации уже пытается это сделать путем назначения разного рода комиссий по расследованию замеченных правонарушений, а также загадочных и до сих пор не раскрытых убийств членов его правительства, за которыми, по словам пуштунов, проглядывается «таджикский заговор». Карзай заявил также, что он намерен реорганизовать «Аманият», сделать эту службу «прозрачной» для контроля, но он не может не понимать, к каким печальным последствиям подобная конфронтация может привести.
Между тем источники «Века», вернувшиеся недавно из Афганистана, полагают, что ситуация в стране в целом и в Кабуле в частности ухудшается на глазах. По их сведениям, многие талибы и подельники «Аль-Каиды» сосредотачиваются в столице с целью проведения актов саботажа и диверсий, которые ныне случаются практически еженедельно. Раскрыт очередной заговор в Кабуле против высших лиц афганского руководства - камикадзе в начиненном взрывчаткой автомобиле должен был протаранить правительственную кавалькаду. Трагедию удалось предотвратить лишь благодаря случайности. Становится все более острой и обстановка в регионах, в частности вокруг Хоста на юге и Герата на западе страны. Буквально несколько дней назад близ Хоста «злоумышленниками» были убиты двое афганских солдат, а пятеро американцев ранены. По ряду данных, тщательно скрываемых от общественности командованием войск США и коалиционных сил, число их жертв после вступления в Афганистан уже превысило сто человек погибшими и ранеными. Поступают сообщения, что отряды Хекматьяра, находящегося в оппозиции к официальному Кабулу, получили на территории Пакистана, близ Читрала, возможности для боевой подготовки в военных лагерях. Неясно, правда, насколько в этом замешаны пакистанские власти. И, наконец, наблюдается «демасудизация» Кабула и других районов. Портреты Ахмад Шаха Масуда, объявленного после победы национальным героем, раньше висели буквально на каждом дувале и на ветровых стеклах автомашин. Сейчас их число заметно подсократилось. У завершенного постамента, на котором должна быть, по ряду данных, установлена аж 15-метровая статуя легенды афганского сопротивления, стоит одинокая бетономешалка, которая давно не работает - якобы нет цемента. Как подчеркнули наши собеседники, население Кабула живет в тревоге, жителей пугает перспектива вновь оказаться на линии огня.