переходит в наступление
Суд иранского города Хамадан приговорил к смерти личного друга президента страны НУРАНИ
По сообщению пресс-службы посольства ИРИ в Азербайджане, 4 ноября в Иране по традиции отметили очередную годовщину захвата посольства США в Тегеране, проведя перед зданием американской дипломатической миссии демонстрацию под традиционными лозунгами типа "Америка - сатана" и "Смерть Америке!". Правда, теперь в офисе американской миссии размещаются "стражи исламской революции", и кому адресованы антиамериканские лозунги, не совсем понятно. Захват посольства США в Тегеране в ноябре 1979 года дал старт беспрецедентному в новейшей дипломатической истории кризису: американские дипломаты провели на положении заложников 44 дня, их угрожали приговорить к смерти за шпионаж, требуя в обмен на их освобождение выдачи бежавшего в США шаха Ирана Мохаммеда Резы Пехлеви...
Дипломатические отношения между Тегераном и Вашингтоном не восстановлены до сих пор. Однако ежегодный антиамериканский шабаш 4 ноября - это еще и своеобразный "парад" иранской "муллократии". Как ни парадоксально, сегодня у ее представителей куда больше власти, чем сразу же после избрания на пост президента Ирана лидера "реформаторов" Мохаммеда Хатами. Это продемонстрировал завершившийся недавно в Иране судебный процесс - суд города Хамадан приговорил к смертной казни личного друга президента страны, известного ученого и журналиста, профессора истории Тегеранского университета Хашена Агхаджари. По официальной версии, он обвинен в "вероотступничестве и оскорблении пророка Мухаммеда". Еще в июне Агхаджари выступил с лекцией перед хамаданской молодежью, где, в числе прочего, сказал: "Учения первых исламских проповедников были признаны священными просто в силу своей принадлежности к истории. Почему духовные лица обладают исключительным правом толкования ислама? Почему каждое новое поколение должно слепо выполнять их указания? Если следовать логике священнослужителей, то выходит, что студенты, вчитывающиеся в Коран, - преступники, поскольку они не спешат к ним за пояснениями". Призыва предоставить право толковать священные тексты простым смертным, а не только высшим духовникам, "муллократия" уже не стерпела. В августе аятолла Мешкини, один из духовных вождей "муллократов", инициировал арест профессора, которого ревнители "чистоты ислама" сравнивали даже с автором "Сатанинских стихов" Салманом Рушди. С того времени и над Агхаджари шел закрытый судебный процесс. Это уже не первый подобный прецедент в Иране. Около двух лет назад либеральный богослов Хасан Юсефи-Эшкевари, принявший участие в берлинской конференции "Реформаторство в религии", также был приговорен к смерти за "вероотступничество". Однако именно прецедент Юсефи-Эшкевари, как ни странно, остается для Агхаджари и его близких главным поводом к оптимизму - смертный приговор богослову был отменен после апелляции. Салех Никбахт, адвокат Хашема Агхаджари, заявил, что с оптимизмом смотрит на возможность отмены приговора верховным судом. Проблема однако в том, что по другим пунктам обвинения Агхаджари приговорен также к 74 ударам плетью, восьми годам тюремного заключения. Кроме того, ему в течение 10 лет запрещено вести преподавательскую деятельность. Все эти "дополнительные наказания" вступят в силу в случае отмены смертного приговора. Словом, если "муллократия" решила устроить показательную публичную расправу над личным другом президента-реформатора, ей это удалось.
С другой стороны, наблюдатели уверены, что расправа над Агхаджари - это ответ на принятый парламентом закон, лишивший "стражей исламской революции" права отстранять от участия в выборах неблагонадежных кандидатов. С одной стороны, столь ожесточенное сопротивление вполне объяснимо. Добровольно расставаться с властью не хочется никому, и иранские "муллократы" лучше других понимают, как велика усталость иранского народа от жесткого режима. Но, с другой, чем упорнее духовные лидеры сопротивляются реформам Хатами, тем меньше шансов на мирный исход внутрииранского противостояния. А это уже напрямую затрагивает интересы Азербайджана - у нас с Ираном самая протяженная граница, по ту сторону которой проживают более 20 миллионов наших соотечественников.