10 апреля 2002
ОБВИНЯЕМЫЙ ОТРИЦАЕТ СВОЮ ПРИЧАСТНОСТЬ К ЗАГОВОРУ
10 апреля 2002
ОТРИЦАЕТ СВОЮ ПРИЧАСТНОСТЬ К ЗАГОВОРУ Интервью Вахидуллы Сабахуна
3 апреля временное правительство Хамида Карзая объявило об аресте 160 граждан, включая руководителей Северного альянса, обвиняемых в организации государственного переворота. Карзай, этнический пуштун из южного Афганистана, по-видимому, пытается сохранить правящую коалицию с лидерами Северного альянса, включающего таджиков и узбеков. К 4 апреля 140 из задержанных накануне лиц были освобождены из заключения. Министр внутренних дел Юнус Кануни заявил, что правительство раскрыло заговор с целью убийства Карзая и бывшего короля Мохаммеда Захир Шаха, отложившего возвращение в Кабул после распространения информации о том, что его жизни угрожает опасность. Однако критики правительства считают, что аресты имеют политическую подоплеку. 8 апреля рядом с маршрутом следования кортежа министра обороны Афганистана Мохаммеда Касима Фахима разорвалась бомба. Многие наблюдатели обвинили в покушении организацию «Хезб-и ислами», поддерживаемую печально известным афганским военачальником Гульбеддином Хекматияром. [Историю вопроса см. Архив рубрики Eurasia Insight]. «Хезб-и ислами» отрицает свою причастность к покушению. Корреспондент EurasiaNet Камелия Энтехаби-Фард беседовала с генералом Вахидуллой Сабахуном, бывшим министром финансов Северного альянса, арестованным 3 апреля, о хаосе, царящем в его отечестве.
EurasiaNet. Расскажите о причинах арестов. Сабахун. Нам это также неизвестно. Министр внутренних дел говорит, что у них имеются улики. Но пока люди не были арестованы, мы ничего не знали об этих странных обвинениях. В этот момент в нашем доме для гостей находилось много друзей. Студентов и гостей-пуштунов. У многих были длинные бороды, и полиция решила, что это талибы. Однако они из «Хизб-и ислами», а не из «Талибана» или каких-то преступных группировок. Я не понимаю, откуда взялось обвинение в измене. Но все они были арестованы, а некоторых до сих пор допрашивают. Я слышал по радио, что они были арестованы по обвинению в контактах с Хекматияром. Некоторые из арестованных были вскоре отпущены, но около 200 человек все еще находятся в заключении.
Может быть, их спутали с другими. Возможно, что полиция ошиблась. Возможно также, что кто-то пытается разжечь недоверие между нами и Кануни, возможно, что «Талибан» или «Аль-Каида» вбивают кол между нами и правительством. Или, может быть, все это связано с [попытками] установить контроль над проведением «Лойя джирги», поскольку это очень важное событие.
EurasiaNet. Как Вы считаете, Ваше политическое будущее серьезно подорвано этим инцидентом? Сабахун. Я так не думаю. Мы твердо выступаем против любых форм насилия и вражды; мы думаем только о единстве. Мы выступаем за переговоры и мирное разрешение всех проблем. И теперь, после случившегося, мы думаем, что мы будем занимать еще более человеколюбивую позицию. Если люди пожелают нас поддержать, никто не сможет их остановить. Это не означает, что мы выступаем за хаос. Мы не хотели бы, чтобы кто-то был ранен или убит. Мы подчиняемся закону, и если конституция утверждает, что мы преступники, пусть так оно и будет. Суды и конституция принимают решение о запрете партии. Если наши друзья - изменники, они должны быть наказаны.
EurasiaNet. Можете ли Вы рассказать мне о ваших отношениях с Хекматияром? Сабахун. Раньше у нас были тесные отношения. Это было, когда он воевал с русскими [после советского вторжения в 1980 году]. Позднее я работал с ним в период президентства Бурхануддина Раббани, когда Хекматияр был премьер-министром, а я министром обороны. После прихода к власти «Талибана» мы ушли на север, а через полтора года Хекматияр перебрался в Иран. Я провел пять лет вместе с моджахедами на севере. Я был членом Совета сопротивления и министром финансов. Должен сказать, что за последние пять лет я ни разу не слышал голоса Хекматияра, мы ни разу не говорили друг с другом. Я отношусь к нему с уважением, но его проблемы с моджахедами и с США не имеют ко мне никакого не отношения. Он исковеркал партию. Думаю, если правительство сегодня желает его изолировать, оно должно приобретать больше друзей. Это единственный путь.
EurasiaNet. Вы сказали, что аресты могли быть связаны с проведением «Лойя джирги». Можете ли Вы объяснить это? Сабахун. Это просто предположение. Все, что мы знаем, это что сразу после падение талибов, когда пришло время делиться властью, племена получили одно-два министерства в новом правительстве - все, кроме нас. [Узбекский военачальник] Абдул Рашид Дустум, [губернатор Герата] Исмаил Хан, [хазарейский лидер Карим] Халили, Раббани [и его союзник Абдул] Саяф. Только нас не подпустили к власти на этом этапе! Я не знаю, почему. У нас ни одного шанса попасть в новое правительство. Мы ждем «Лойя джирги». Если нас не зарегистрируют для участия в «Лойя джирге», мы можем подождать до всенародных выборов. Мы просто хотели бы работать на благо народа и центрального правительства.
Мы афганцы. В этой стране люди оказывают гостеприимство своим гостям. Я надеялся встретить большее уважение со стороны правительства, потому что со мной было 300 человек в доме для гостей. Статья 43-я конституции говорит, кто является преступником и почему, и в ней говорится, в каких случаях может быть запрещена партия. Все сформулировано очень четко. Поэтому на данный момент мы просто будем ждать.
От редакции. Камелия Энтехаби-Фард - независимый журналист, специализируется на освещении событий в Афганистане и Иране.