VS АНАРХИЯ В последнее время как-то вошло в моду заниматься проблемами демократии и политических процессов, геополитики и прочего. Многие берутся за это, не имея зачастую хотя бы начальных в этом деле знаний. Причем делается это с таким завидным энтузиазмом и энергией, что о логике говорить становится как-то неприлично.
На днях сотрудник Центральноазиатского агентства политических исследований Ю. Жихорь (Юлиана Жихорь - прим.ред.) поместил заметку на сайте данного агентства, озаглавленную "Демократия "по-узбекски"?". Сейчас только ленивый не пишет о роли стран после начала антитеррористической операции в Афганистане, ее плюсах и минусах в перспективах развития демократии в Центральной Азии, а забота о судьбах демократии в Узбекистане - дело не менее серьезное и не может не заслуживать особого внимания читателя.
Г-н Ю. Жихорь с первых строк своего политического "эссе" недоумевает: ''С момента провозглашения независимости была поставлена своеобразная дилемма: либо государство, либо демократия. Их синтез - "демократическое государство" - как оказалось, для Узбекистана не приемлем. Таким образом, - заключает автор, - демократия признана неким идеологическим мифом, который будет возможен только в отдаленном будущем и с которым не связана необходимость проведения политических и социально-экономических реформ в республике". Возразим тут автору тем, что все же президент И. Каримов верно определил формулу: государство - инициатор реформ. Именно так, а не иначе. Не вначале демократия, а вслед за ней - построение государства, а ровно наоборот.
Государство во мнении многих предстает как некий монстр, Левиафан, противостоящий человеку и подавляющий его, как воплощение зла, принуждения и несправедливости, как нечто такое, борьба против чего не только нравственно оправданна, но и овеяна даже ореолом героизма и мученичества в глазах немалой части того, что называется "общественностью". Такая тенденция в мышлении появилась отнюдь не сразу; по крайней мере, ее не существовало ни в древних демократиях, ни в древних империях; она - порождение нового времени. И связана с началом развития гражданского общества вместе с присущим последнему индивидуализмом и анархизмом. Эту тенденцию подметил еще Гегель, обратив внимание на то, что так называемая свобода мышления пытается утвердить себя очень часто путем враждебного отношения к государству и к тому, что публично признано. "Поэтому в действительности, - подчеркивает Гегель, - государство есть вообще первое, внутри которого семья развивается в гражданское общество" (Гегель. Философия права, с.278). Ту же мысль мы находим и у Аристотеля, полагавшего, что "первичным по природе является государство по сравнению с семьей и каждым из нас" (Аристотель. Политика, Кн.первая, 1(12) - с.379). Так что, уважаемый господин Ю. Жихорь, без этих основ не построить ни гражданского общества, ни демократии вообще. Не государство есть продукт развития гражданского общества, без чего нет и демократии, а наоборот, гражданское общество - продукт становления единого централизованного государства со всеми присущими ему атрибутами политической власти, а главным из них, на что неустанно указывал Макс Вебер, - монопольное право на легитимное насилие, без чего нет самого института политической власти нигде - ни в США, Германии, Японии или, скажем, Израиле.
"Потуги" преобразований в Узбекистане господин Ю.Жихорь пытается объяснить следующим тезисом: "Все дело в "непонимании" мировой общественностью того, что демократия в республике, по мнению президента, имеет свой, исключительно узбекский, "окрас"". Здесь же он добавляет: "Но можно ли назвать справедливым общество, где принципы демократии сводятся к неотъемлемым чертам "демократии по-узбекски": авторитарному режиму правления президента и тотальному контролю над всеми сферами жизнедеятельности общества?"
Что можно сказать в этой связи? Кажется странным непонимание автором того, что демократий вообще, существующих эфемерно, - не бывает! Демократии, как и государства, всегда есть олицетворение частного, особенного и специфического. Они в каждом случае есть суть явления определенные: американские, российские, казахские, польские, израильские, румынские и т.д. Монтескье в его "Духе законов", определяя суть политических и гражданских законов (читайте: демократических), указывает на то, что они, "должны находиться в таком тесном соответствии со свойствами народа, для которого они установлены. Что только в чрезвычайно редких случаях законы одного народа могут оказаться пригодными и для другого народа. Они должны соответствовать физическим свойствам страны, ее климату... качествам почвы, ее положению, размерам, образу жизни ее народов... степени свободы, допускаемой устройством государства, религии населения, его склонностям, богатству, численности, торговле, нравам и обычаям" (Монтескье. О духе законов, с.168).
Современный американский ученый-философ Уильям Джойс вслед за мэтром политологии Арнольдом Тойнби утверждал, что в мире столько цивилизаций, сколько самосознающих культур. Безусловно, ценности западноевропейской культуры распространились и в каком-то смысле обобществились в силу определенных объективных причин - высокоразвитой экономики, науки и технологий, систем современных коммуникаций и прочих составляющих, называемых еще факторами силы. Однако последнее обстоятельство, привнося ценности западноевропейской цивилизации, не отменяет национального своеобразия или права на разность. Это еще имеет свое определение - менталитет или образ мыслей, восприятие.
Трудно назвать общество демократическим или справедливым, что в принципе одно и то же, если в нем не обеспечены основные права и свободы его граждан - право на труд, отдых, образование, свобода совести, слова, передвижения, местожительства и др. Форма не столь важна (авторитаризм), важны гарантии, а если потребуются, единоличные и авторитарные. Жорж Клемансо и Даладье бескомпромиссно и авторитарно выводили послеверсальскую Францию из кризиса, Франклин Рузвельт авторитарными методами (известны принудительные общественные работы в нескольких экономических зонах США 1933-34гг.) вывел страну из Великой депрессии, корейское экономическое чудо - итог усилий южнокорейского военного диктатора Ро Дэ У, лидер "Солидарности" Лех Валенса, придя к власти, руководил страной теми же жесткими единоличными методами, за которые он критиковал прежнее руководство.
Вообще, степень и количество свободы сложно хоть как-то подсчитать. Однако определенную необходимость в ее упорядочении показали с еще большей ясностью известные трагические события 11 сентября прошлого года и их последствия. Даже в самих США усилили цензуру и контроль над основными "свободами" американской демократии. "Акт об объединении и усилении Америки" (Uniting and Strengthening America Act, или сокращенно USA Act) получил одобрение конгресса и предоставил правительству расширенные полномочия вмешиваться в частную жизнь граждан, вплоть до заключения их в тюрьму без суда. В результате некоторым образом осложнилась и жизнь иностранцев, даже финансовых институтов. Теперь малейшее подозрение в причастности к отмыванию денег даст финансовым органам право требовать от банковских учреждений раскрытия информации о сделках и клиентах.
Запад, особенно протестантский, англосаксонский, североамериканский, - дело другое. Кстати, если говорить о социальных гарантиях и защите населения от всевозможных финансовых авантюр или подобий "пирамид", приписок прибылей по сговору, передач пенсионных отчислений под оборот несуществующих фондов, то таковые возможны даже в западных демократиях. Пример тому - скандал вокруг двух гигантов нефтяного Enron и аудиторского Arthur Andersen. Известная афера даже породила недоверие внутри самой западной системы финансовой отчетности и контроля. Результат - сотни тысяч держателей акций в одночасье потеряли свои сбережения. Демократично? Не совсем.
Место социума, коллектива на Востоке всегда было особым, равно, как и лидера такого социума. Нелишним было бы вновь перечитать "Метод социологии" Эмиля Дюркгейма.
Жесткий контроль, порой авторитарный, чего не избежать в переходный период, над банковско-финансовыми операциями, за своевременностью социальных выплат, заработных плат, стипендий, пособий по многодетности, помощи фондам "махалля", забота о сиротах и престарелых, которых в официальной бюджетной статистике называют социальноуязвимыми слоями населения - демократично? Да.
Г-н Ю. Жихорь задается еще одним вопросом: "Сегодня, на волне интеграции государств-участников антитеррористической коалиции, не появится ли у узбекского лидера шанс получить "оправдание" мирового сообщества своим политическим амбициям?" Не буду утомлять уважаемого читателя экскурсом в антологию политической мысли и попробую поставить вопрос иначе: простит ли Запад или найдет ли оправдание мировое сообщество политической неспособности управлять страной и сталкиванию ее в хаос гражданской войны?
/Улугбек Хасанов,политолог,apr/