Саудовская Аравия ведет активную деятельность на территории стран бывшего СССР Российские вести, Омар Хамари,
Несмотря на постоянные попытки России укрепиться в Содружестве ее шансы постоянно уменьшаются. Основной причиной этого процесса является наличие слишком большого числа конкурентов, ряд из которых представлен откровенно феодальными средневековыми государствами.
КТО ДРУГ, КТО ВРАГ?
В период холодной войны для бывшего Советского Союза главным противником являлись США и Североатлантический альянс. Однако изменение системы международных отношений, произошедшее после крушения коммунизма и роспуска СССР, поставило перед Россией - правопреемницей Советского Союза - совершенно иные задачи, нежели те, которые были у него. Создание СНГ, рассматривавшегося Кремлем как своего рода исключительная зона российского влияния, породило у Москвы иллюзию вечности такого состояния. Поэтому любая попытка проникновения прежних оппонентов Советского Союза в лице США и их союзников по Западному блоку в Содружество рассматривалась в силу инерционности мышления не иначе как покушение на внешнеполитические позиции России. Вскоре, однако, стало ясно, что, во-первых, США и Европа преследуют свои собственные цели, порой диаметрально противоположные, и, во-вторых, что игра на противоречиях Москвы с Западом стала тактикой пришедшей к власти в независимых странах СНГ советской номенклатуры. Тем временем, пока Кремль искал пути противодействия Вашингтону и Брюсселю, в Содружество начали "вползать" государства второго и даже третьего "ряда". Особый интерес стали проявлять Турция, Иран, Саудовская Аравия и Пакистан. Используя фактор этнической и конфессиональной близости, они постепенно налаживали как по официальным, так и по неофициальным каналам контакты не только с властью, но и с общественно-политическими силами на Кавказе, в Центральной Азии и даже в самой России. Эта, порой незаметная деятельность велась под флагом "просвещения", "внутриконфессионального диалога" и "этнического братства". Если для Турции определяющим был так называемый тюркско-исламский фактор, то для тех же Саудовской Аравии и Пакистана первое место занимал именно конфессиональный.
Исключительную настойчивость демонстрировали и продолжают демонстрировать саудовцы, которые преследуют вполне конкретные геополитические задачи. Во-первых, они заинтересованы в создании благоприятного для них "родственного" социума в местах компактного проживания народов, традиционно исповедующих ислам. Во-вторых, для Эр-Рияда очень важно иметь инструмент влияния не только на все исламское пространство СНГ, но прежде всего на Россию, которую они могли бы в определенный момент, сыграв на опасениях Кремля в отношении слишком активного проникновения в Содружество Запада, направить по антиамериканскому или антиевропейскому руслу. Это делается для того, чтобы оказывать нажим на Вашингтон и Брюссель. В-третьих, Саудовская Аравия, борющаяся за лидерство в расколотом исламском мире, хотела бы вытеснить своих конкурентов - Иран, Турцию и Пакистан - из стратегически значимых и богатых сырьем регионов, таких как Центральная Азия и даже части нынешней России. Как писала в свое время вполне справедливо американская газета "New York Times", "средневековая социальная политика Саудовской Аравии, проводимая с опорой на силы религиозной полиции, радикально не отличается от той, которую внедрял "Талибан" среди афганцев".
Пытаясь представить общественно-политическую систему королевства - этого средневекового государственного образования, где запрещена любая политическая деятельность, по телевидению которой демонстрируется отрубание головы - вид юридической "забавы", чуть ли как не просвещенную монархию, а ее экономическое положение не иначе как образец мировой значимости, саудовские пропагандисты и сотрудники спецслужб занимались вербовкой и откровенной подрывной деятельностью на территории СНГ. При этом используются, разумеется, каналы так называемых неправительственных организаций. Так, в частности, благотворительное общество "Икраа" со штаб-квартирой в Джидде (Саудовская Аравия) занималось разведывательно-подрывной деятельностью на территории Дагестана и Чечни. Особое место в политике Саудовской Аравии в отношении СНГ и России, в частности, заняла интенсивная работа в тех регионах, которые являются этнотерриториальными автономиями с преобладающим населением, исповедующим традиционно ислам. Всемирная организация спасения ислама "Аль-Кавсар" ставит целью создание на территории Поволжья и Урала независимого государства Арабстан, фактически ориентирующегося на Эр-Рияд. В Центральной Азии террористическая организация Исламское движение Узбекистана, по данным американских спецслужб, получала подпитку из саудовских источников, включая и те, которые были близки к принцу Турки ал-Фейсалу, возглавлявшему местную разведку.
СЛОВА И ДЕЛА
Понимая, что проводить политику в СНГ без учета "русского фактора" невозможно, Эр-Рияд активизировал официальные контакты с Москвой. Отмежевываясь на словах от исламского радикализма и терроризма, саудовцы рассчитывают использовать Кремль в своих целях по ряду направлений. Прежде всего, они играют в антиамериканизм, имея в виду восприимчивость российского общества к этим идеям и нежелание официальных российских лиц показать на публике свое несогласие с ними. Следующим соображением Эр-Рияда является позиция Москвы по таким вопросам, как обводные маршруты экспорта энергоносителей из стран СНГ в обход территории России. Блокирование доступа Запада и США к каспийской нефти необходимо саудовцам для того, чтобы не допустить создания альтернативных источников углеводородов и сохранить за собой монополию на рынке нефти. Наконец, феодальный режим Саудовской Аравии заинтересован в мирном проникновении в СНГ и Россию. Для этого используются принятые в дипломатической практике заверения в уважении российских интересов, уверения во взаимовыгодности двусторонних отношений и так далее. В действительности Эр-Рияд не отказался от своих враждебных действий как против России, так и против Содружества. Примером тому может служить активное участие выходцев из Саудовской Аравии ("добровольцев") в террористической деятельности Исламского движения Узбекистана. Если иметь в виду, что в королевстве существует один из самых жестких контрразведывательных режимов, установленных местными спецслужбами, то трудно поверить в слабую информированность саудовских властей о происходящем. Узбекистан и Таджикистан, где усиливается присутствие американцев, были выбраны Эр-Риядом не зря и по вполне понятным причинам. В какой-то степени правы были американские сенаторы Джон Маккейн и Чарльз Шумер, заявившие: "Саудиты ведут двойную игру, говоря террористам - мы сделаем все, что вы от нас хотите, только оставьте нас в покое. Для того чтобы удержаться у власти, саудовская королевская семья на протяжении ряда лет была связана условиями сделки, заключенной в духе доктора Фауста". В октябре 2001 г. министр обороны РФ Сергей Иванов во всеуслышание открыто объявил, не побоявшись очередных официальных "опровержений" саудовцев, о том, что "из Саудовской Аравии осуществлялась грандиозная финансовая подпитка террористов, в том числе и бандитов в Чечне. Эта подпитка продолжается и сейчас". Когда начался разгром отрядов арабских наемников в Чечне, то инициатором, как отмечает хорошо информированный в вопросах спецопераций "Русский журнал" (www. rus. ru) стала Служба общей разведки Саудовской Аравии, руководимая ныне принцом Наифом Бин-Абдул Азиз аль-Сауд). Ставка на распространение ваххабизма в СНГ через "горячие точки" Содружества - одна из тактических уловок саудовцев, отмежевывающихся на словах от терроризма и радикалов. Примечательно, что через офицеров Службы военной разведки и Службы криминальной полиции Саудовской Аравии оказывалась помощь вооруженным группам на Северном Кавказе. Демонстрируемые в последнее время официальными представителями саудовского феодального режима показные дружеские чувства в отношении России, имеющей свои интересы в СНГ, не имеют ничего общего с подлинным стратегическим замыслом Эр-Рияда. В свое время он клялся в любви к Вашингтону, а саудовские спецслужбы работали по указке ЦРУ на всем Ближнем Востоке и даже в СССР. Однако стоило саудовским феодалам почувствовать изменение международной ситуации и приближающийся кризис их диктатуры, как они начали играть в антиамериканизм. На определенном этапе не будет исключением и "дружба" с Россией. Не секрет, что Эр-Рияд совершенно не заинтересован в модернизации политических режимов в Центральной Азии и на Кавказе, так как это не даст ему возможность контролировать средневековые методы управления обществом в этих регионах, постепенно становящихся конкурентами Саудовской Аравии на мировых рынках сырья. Аналогичная ситуация складывается по объективным причинам и в российско-саудовских отношениях. Поэтому достаточно прагматичная политика Кремля, заявляющего о приверженности идее партнерства с Саудовской Аравией, о чем говорил президент Владимир Путин, уточняется теми, кто отвечает за внешнюю безопасность России. Грозным предупреждением всякого рода двурушникам, придерживающимся на словах принципов "мира и дружбы", на деле ведущим тайную, а порой и явную войну с Россией на постсоветском пространстве, были недавно высказанные министром обороны страны Сергеем Ивановым слова о возможности превентивных ударов по источникам угрозы России и СНГ. Такие удары, кстати, могут быть не только военными. У России в арабском мире есть много союзников, которым также угрожают "просвещенные" феодалы, претендующие на некое лидерство в арабском и исламском мире. Для судеб СНГ это имеет принципиальное значение, так как проникновение Эр-Рияда сюда неминуемо приведет к серьезным военно-политическим последствиям и дестабилизации положения. Не исключено, что это тоже входит в планы тех, кто планирует и осуществляет свое проникновение на пространство Содружества, пропагандируя "просвещенное" средневековье.