против общего врага или борьба гигантов?
При необходимости Москва может свести на нет все усилия США в Центральной Азии при помощи местных союзников, закулисных интриг, путем дестабилизации ситуации или скрытого насилия.
23 января командующий антитеррористической операцией в Афганистане генерал Томми Фрэнкс заявил, что Пентагон не намерен создавать постоянные военные базы в Средней Азии. А заместитель госсекретаря США Ричард Армитидж добавил: "Мы не стремимся к установлению в Центральной Азии взаимоотношений на долгосрочном военном присутствии. По его словам, американская администрация считает центральноазиатский регион и Закавказье "сферой влияния России". Буш считает более важным сохранить нормальные отношения с Москвой, чем распространять свои геополитические интересы на ближние к России государства. По крайней мере - на словах.
Недавно одна из газет писала: "Если бы не было шока 11 сентября, Вашингтону следовало бы его организовать". Не прошло и пяти месяцев, а влияние США в Центральной и Южной Азии, на Среднем Востоке сильно, как никогда. Хотя в Кабуле с помощью ООН создано переходное правительство, хотя оно отдало охрану порядка с афганской столице миротворческим силам из европейских государств-членов НАТО, именно США - господствующая сила в Афганистане. Хамид Карзай, Кофи Аннан, да и Владимир Путин не посягают на право американцев бомбить все, что они сочтут нужным.
Сложилась исключительно уникальная ситуация со специфическими историческими аналогиями. Тринадцать лет назад советские войска покинули Афганистан, уступив власть моджахедам, взращенным не без американской помощи. Затем моджахедов потеснили талибы, тоже выросшие под опекой Вашингтона и Исламабада. Теперь, дважды промахнувшись, сами американцы объявляют о намерении надолго осесть в Афганистане и при помощи бомбардировщиков и высокоточного оружия навести порядок в перманентно воюющей стране. "Мы не оставим вас в нынешней кризисной ситуации ни сейчас, ни в будущем", - заявил госсекретарь Колин Пауэлл несколько дней назад во время беседы в Кабуле с членами временного афганского руководства.
С помощью Москвы акция возмездия открыла дверь американцам в ранее закрытую (или полузакрытую) для них геополитическую зону - бывшие советские республики в Центральной Азии (Узбекистан, Таджикистан, Киргизия и Казахстан), а также Закавказье (Азербайджан и Грузия). Не секрет, что нынешние элиты этих государств приветствуют в лице Америки и более богатого "спонсора", и контрбаланс российскому влиянию. В каком-то смысле они идут путем садатовского Египта, который в первой половине 70-х годов отказался от ставки на советскую помощь, исходя из того, что США могут дать больше и главное - могут заставить Израиль возвратить Синайский полуостров. После подписания "Кэмп-Дэвида" многоопытный Садат невзначай заметил израильскому премьеру: "Теперь вы можете прийти на мои поминки". Судьба египетского президента закончилась печально - он погиб от рук исламских экстремистов. Не подумайте, что я провожу здесь некую параллель и как бы предупреждаю лидеров отдельных государств. Это лишь факт: ведь история - упрямая вещь.
Неизвестно, как бы развивались события на антитеррористическом фронте, если бы не поддержка Москвой Северного альянса. Россия ее тщательно скрывала, хотя американская печать уже в 1998 году давала (с определенной долей критики) всю структуру российской помощи "северянам". В конце сентября прошлого года в Брюсселе министр обороны РФ Сергей Иванов не только обнародовал "тайну за семью печатями", но и обратился к НАТОвцам с просьбой "разделить с Россией бремя нагрузки" по всесторонней поддержке "антиталибской коалиции". Министр особо подчеркнул, что такого рода помощь могла бы заключаться в переброске вооружений "по воздуху". Тем самым российское руководство давало карт-бланш Западу на использование аэродромов и военной инфраструктуры на территории Центральной Азии и в Закавказье. За Вашингтоном оставалось лишь немногое - договориться с лидерами расположенных здесь постсоветских государств.
Те же, услышав разрешительный клич из Кремля, долго не сопротивлялись - и дали американцам все, что необходимо для антитеррористической войны, и даже без обычного в таком случае восточного торга. "Старший брат" (хотя и немилый) позволил, значит надо действовать, однозначно решили лидеры среднеазиатских и закавказских государств.
Любая военно-политическая "карусель" имеет как высшую, так и низшую амплитуду. Необходимо лишь правильно оттолкнуться. Обычно Кремль делал это неуклюже и медленно. Поэтому терял дивиденды, попадал в немилость сильных мира сего, вызывал упреки союзников и снисхождение противников - дескать, Россия слаба, что с нее взять!
11 сентября (а точнее в момент "удара" первого "Боинга") в Москве точно определили, что это дело рук исламского камикадзе. Об этом и сообщили в Вашингтон, который находился в полном смятении и неопределенности. Россия "поняла" США и выступила за создание международной антитеррористической коалиции.
К тому времени, как известно, российско-американские отношения были далеко не гладкими. Летние встречи Путина и Буша в Любляне и Генуе ничуть не способствовали их улучшению. И вдруг, пока Европа раскачивалась и думала, российский президент оказался рядом - позвонил, выразил соболезнования, сказал о готовности бороться против общего врага. Именно этот казалось бы незначительный момент американцы считают переломным в двусторонних связях. "Друг познается в беде" - этот афоризм занял достойное место в сердцах и душах как простых обывателей, так и высоких персон на Капитолийском холме: Уже после России еще 88 государств заявили о полной солидарности с Америкой, а 23 страны согласились разместить на своей территории американские войска.
Действовала ли Россия спонтанно, или в Кремле имелись "заготовки" на случай американской трагедии - об этом ничего не известно. Однако логически, вступая в создаваемую США всемирную коалиция борцов с терроризмом, Москва не могла не иметь собственных интересов. Как это не цинично звучит, но зачастую именно трагедия дает шанс руководителям на осуществление собственных амбиций и политических предначертаний.
Владимир Путин имел в виду следующее. Союз с Америкой поможет списать или максимально выгодно реструктуризировать внешний долг, получить льготные кредиты у зависимых от США международных финансовых организаций, отменить пресловутую поправку Джексона-Вэника, стабилизировать в российских интересах цены на нефть, наконец, определиться с американцами по некоторым деликатным внутрироссийским проблемам, таким, как ситуация в Чечне, свобода слова и тому подобное. Нажим на Америку по поводу НПРО и расширения НАТО на восток даже в этом случае представлялся бесполезным. Российский президент имел прагматические цели и шел во имя их осуществления вполне самостоятельно, без рутинных обсуждений и дискуссий в органах законодательной и исполнительной власти, а также в силовых структурах. В противном случае, все бы повисло в бурных дискуссиях - и мы снова бы оказались на задворках современных военно-политических процессов.
Главное же, по всей видимости, заключается в том, что под обломками Всемирного торгового центра и Пентагона Кремль увидел всю подноготную современного мира как в смысле глобальной политики, так и политики более "мелкой", непосредственно связанной с интересами России. Сказать, что за четыре месяца международная политика стала более прозрачной, будет не совсем верно. Просто политика и политики показали себя в действии на сравнительно короткой дистанции. Выложились до предела и показали все свое естество.
Как и следовало ожидать, американские эмиссары сразу же после "московского сигнала" дружно направились в бывшие южные республики Советского Союза. Первым на пути оказался Узбекистан, который в досье госдепа занимал особое место. Государство характеризовалось как диктаторское, бесперспективное с точки зрения экономики, подверженное влиянию исламского фундаментализма. Однако все это в данном случае не имело значения. Вашингтон предложил Каримову деньги и получил аэродром Ханабад, где вскоре разместился ограниченный контингент военно-воздушных сил США численностью в 1500 человек. Белый дом дал понять, что готов выделить 100 млн. долларов на поддержание ряда экономических и гуманитарных программ Ташкента. Если же будет достигнуто долговременное соглашение по военному сотрудничеству, то США не против вложить 8 млрд. долларов в узбекскую экономику, а также арендовать на 25 лет ханабадский аэропорт с ежегодной платой в 270-300 млн. долларов (американцы предлагают обустроить "объект" за 500 млн. долларов и на постоянной основе разместить здесь 60 истребителей и три тысячи военнослужащих). Америка берет на себя роль защитника Ислама Каримова от экстремистов Исламского движения Узбекистана. Президент настолько обрадовался американскому радушию, что тут же дал команду МО срочно подготовить заявки на некоторые виды натовского вооружения, включая винтовки М-16, хотя и знал, что они плохо зарекомендовали себя в условиях жаркого климата (афганские моджахеды меняли три М-16 на один "Калашников").
Особое место в американских планах заняла Киргизия. Лишь потому, что это самая демократичная диктатура в среднеазиатском регионе. Президент Аскар Акаев без промедления дал согласие американцам на использование военной инфраструктуры страны и даже заявил, что готов продлить "годовое соглашение с США". Сейчас в гражданском аэропорту "Манас" занимаются приемкой транспортных самолетов более 200 военнослужащих США и Франции. К февралю численность иностранного контингента достигнет 3-4 тыс. человек. Из Франкфурта сюда регулярно прибывают самолеты ВВС США. За каждую посадку и взлет иностранцы выплачивают Киргизии до 7 тыс. долларов. После завершения модернизации аэропорта на нем будет размещено до 40 американских истребителей F-15, 6 французских "Миражей" и такое же количество самолетов-заправщиков. В пределах досягаемости авиации окажутся западные районы Китая, Узбекистан, Таджикистан, крупнейшие города Казахстана и район индийско-пакистанской границы. Как известно, Киргизия, в отличие от Узбекистана, является участником Договора по коллективной безопасности СНГ и не имеет права создавать на своей территории военные базы других государств. Поэтому военнослужащим, прибывшим в Бишкек, присвоен статус сотрудников специальной дипломатической миссии. Но суть дела не меняет.
Что касается Таджикистана, то, по словам президента Эмомали Рахмонова, Душанбе будет делать все, чтобы и впредь развивать "взаимовыгодное сотрудничество с США по самому широкому кругу вопросов". В настоящее время завершается реконструкция аэродромов в Кулябе и поселке Айни. В стране находится свыше 100 военнослужащих Франции, а также небольшое подразделение американских войск охраны. Ожидается, что в ближайшее время в Таджикистан прибудут ограниченные военные контингенты из Великобритании и Германии. Предварительная договоренность достигнута несколько дней назад - 23 января Как будут взаимодействовать западные и российские военнослужащие в Таджикистане, сказать трудно. Не исключено, что через пару лет в стране будут функционировать две военные базы - объединенная натовская и российская. В начале 2003 года истекает срок двустороннего российско-таджикского договора об охране границы с Афганистаном. Будет ли он автоматически продлен, или российским пограничникам (а также миротворцам из 201 дивизии) придется оставить страну - покажет время, а точнее, развитие событий в регионе.
Специфическую позицию заняла Туркмения - страна с так называемым позитивным нейтралитетом. Официально она не признавала режима талибов, однако поддерживала с ними интенсивные контакты. Она, единственная из центральноазиатских стран, весьма сдержанно отнеслась к антитеррористической операции. Из-за этого фактически испортила отношения с Западом. Эксперты, в том числе и российские, неоднократно отмечали, что многонациональный контингент в Афганистане выполняет миссию под эгидой ООН. Поэтому лозунг о нейтралитете здесь ни к чему.
Туркменбаши Сапармурат Ниязов боится одного - присутствие иностранцев может высветить многочисленные факты его закулисных региональных интриг - от осуществления программы "Индустриализация Туркменистана" через наркобизнес до предоставления убежища для бандитов и террористов. Да и собственный культ личности (похлеще сталинского) не мог не сказаться на имидже пожизненного президента. Оставшись в изоляции, Ниязов направился в Москву. Но объятия "союзника" оказались не столь уж теплыми. Банкротство диктатора оказалось очевидным - жажда власти победила прогресс. Богатейшая страна все стремительней падает в пропасть. Помимо прочего, Москва упрекнула Ашхабад за пассивность в борьбе с терроризмом, намекнув на важности использования туркменской территории в интересах антитеррористического альянса.
Особое место в Закавказье занимает Грузия. В эпоху Шеварднадзе она превратилась в одну из беднейших стран бывшего Союза, и в настоящее время полностью зависит от США и Турции, точнее от тех государств, которые наиболее "агрессивно" помогают ей в финансовом отношении. Так США уже предоставили Тбилиси 1 млрд. долларов на экономические и военные нужды, в этом году планируется еще 100 млн. долларов. Сегодня Грузия занимает третье место в мире по объемам получаемой из Вашингтона помощи из расчета на душу населения. Поэтому Шеварднадзе готов предоставить американцам всю свою инфраструктуру для использование в антитеррористической борьбе. Правда, американцы не очень-то спешат в бедную и неспокойную Грузию, поручив эту деликатную миссию Турции. В последние годы Анкара уже выделила Тбилиси 15 млн. долларов на строительство армии по стандартам НАТО. В этом году такая же сумма будет выделена на реконструкцию бывших российских объектов в Вазиани и других местах.
Активность Турции проявляется и в Азербайджане. Уже практически достигнута договоренность с Гайдаром Алиевым о развертывании в стране сразу двух турецких военных баз - в Баку и Кюрдамире. Они будут функционировать рядом с Габалинской РЛС, переданной только что России в аренду на 10 лет. По мнению президента, такой "баланс" отвечает интересам Азербайджана. В Москве с этим соглашаются и подчеркивают важность большей вовлеченности в закавказские дела на принципиально новой основе.
В Вашингтоне понимают три момента.
Центральная Азия и Закавказье - это зона жизненных интересов России. От этого никуда не деться. При необходимости Москва может свести на нет все усилия США в регионе при помощи местных союзников, закулисных интриг, путем дестабилизации ситуации или скрытого насилия.
В глобальном отношении Россия слаба, но она остается гигантом по сравнению с другими странами Каспийского и Черноморского бассейнов. У Москвы много друзей в этих странах. Кроме того, ее надежным союзником является Армения. Наконец, американцы могут оставаться "чистильщиками" региона от исламистской "заразы" лишь на время. Создание постоянных баз в мусульманских анклавах чревато большими опасностями и не в интересах Америки. Чего уж говорить, если даже дружественная и спокойная Саудовская Аравия просит освободить авиабазу "Принц Султан", потому что американские военнослужащие, дескать, создают "дискомфорт, дополнительные внутриполитические проблемы и напряженность с арабо-мусульманским миром".
Именно под таким углом зрения и следует рассматривать позавчерашние высказывания генерала Томми Фррэнкса и замгоссекретаря Ричарда Армитиджа.