CA-News.INFO

Central Asia regional news digest

Привилегия или наказание?

11 октября 2013

Неправительственная организация молодых юристов Узбекистана Tashabbus («Инициатива») обнародовала на днях перечень применяемых должностными лицами разного ранга незаконных способов принуждения граждан к участию в сборе хлопка, посоветовав жертвам подобных злоупотреблений обращаться с официальными жалобами в судебные инстанции.

Проанализировав действующее законодательство страны, Tashabbus обнаружила, что, согласно статье 37 Конституции Республики Узбекистан, запрещается принуждение к труду, помимо случаев, указанных законом. По Трудовому кодексу РУз также не запрещается принуждать человека к труду - на основании законов о военной или альтернативной службе, в условиях чрезвычайного положения, согласно решениям суда и... «в остальных случаях, предусмотренных законом». Однако каких-либо упоминаний ежегодной хлопкоуборочной страды в качестве повода для привлечения граждан к принудительному труду в обширном своде законодательных актов страны организация не обнаружила. Чрезвычайного же или военного положения на время «битвы за урожай» в Узбекистане никто никогда официально не объявлял. Поэтому, опираясь на букву закона, независимые юристы пришли к выводу, что незаконным принуждением к труду можно считать всякий случай, когда из уст должностных лиц прозвучали угрозы наказания за отказ.

При этом Tashabbus оговорилась, что под угрозами следует подразумевать не только угрозы уголовного или административного преследования, и привели целый перечень методов незаконного шантажа, применяемых государственными чиновниками к разным группам населения. Со стороны администрации учебных заведений по отношению к учащимся и студентам: выставлять плохие отметки, оставлять на второй год, отчислять, откладывать выдачу стипендии на период после сбора хлопка. Со стороны руководства бюджетных предприятий и организаций по отношению к сотрудникам: удерживать часть заработной платы, ставить условием участие в сборе хлопка для получения зарплаты, не оформлять годовой отпуск либо временный отпуск по болезни во время сбора хлопка ставить условием выход на хлопковое поле для получения годового отпуска, применять дисциплинарное наказание, объявлять выговор, увольнять с работы, требовать, чтобы сотрудник нашел и отправил вместо себя на сбор хлопка сезонного рабочего, заплатив за его услуги из собственного кармана. Со стороны местных органов власти по отношению к неработающим: приостанавливать выплату социальных пособий, удерживать часть социального пособия. Со стороны силовых ведомств в отношении всех групп граждан: отказывать в выдаче паспорта, заменять паспорта или визы для выезда за границу, заставлять водителей, нарушивших правила дорожного движения, выйти на сбор хлопка вместо оплаты штрафа, ставить условием участие в сборе хлопка для возвращения водительского удостоверения водителям, нарушившим ПДД... Юристы отметили, что угрозы могут быть и в других формах, отдельно прокомментировав распространенную в этом году «практику» отбора, особенно учащихся и студентов, специальных «подписок» с обязательствами «добровольно» участвовать в хлопкоуборочной страде. Как цитирует Tashabbus в качестве примера - со ссылкой на сообщения узбекской службы Радио Свобода, в сентябре этого года студенты самаркандского колледжа Социальной экономики написали расписку на имя директора, где обещали «выходить на сбор хлопка, чтобы своим у частием в сборе хлопка - национального богатства страны - выполнять свой долг перед Родиной, народом и родителями». В противном же случае они сами согласны на «применение к ним таких мер, как оставление учиться на своем курсе или других мер». Комментируя это, юристы сделали однозначный вывод, что подобного рода «подписки» не могут иметь никакой юридической силы. По действующему в Узбекистане законодательству любые расписки, кроме предусмотренной в Уголовно-процессуальном кодексе подписки о надлежащем поведении под следствием по уголовному делу, являются не более чем свидетельством односторонней сделки. А сделка, условия которой не соответствуют требованиям законодательства, согласно статье 116 Гражданского кодекса РУз, «ничтожна» - то есть недействительна. По мнению экспертов Tashabbus, глава ХI Конституции Республики Узбекистан «Обязанности граждан» в перечне своих статей однозначно определяет обязанности каждого гражданина, среди которых не упомянуто «обязательство выйти на сбор хлопка». И граждане не могут путем расписки принять на себя какие-то дополнительные обязательство перед государством. Наоборот, такая расписка может быть юридическим доказательством их незаконного принуждения к труду. «Если вы отказались от участия в сборе хлопка и в результате подверглись угрозам наказания, имейте в виду, что по отношению к вам совершено противоправное действие. Вы должны пожаловаться в соответствующие инстанции о том, что принуждаетесь к труду», - советуют независимые юристы всем категориям граждан. В качестве же инстанций для подачи жалоб они предлагают районные отделения прокуратуры или районные суды. Иногда, по их мнению, может быть достаточно просто возразить чиновнику, попросив его указать конкретные юридические основания для его требований или угроз. Если же чиновник «ответит невниманием или грубостью», тогда однозначно судиться. На своем онлайн-портале в доменной зоне Uz Tashabbus даже опубликовала образцы официальных заявлений в суд с жалобами на незаконное принуждение к труду, правда, присовокупив и совет нанять опытного адвоката, который «изучит вашу проблему и примет решение относительно наиболее эффективного способа вашей защиты».

По мнению некоторых наблюдателей в Узбекистане, «ударение тут можно сделать и на последнем слове»... Другие эксперты, отметив само появление в информационном пространстве страны независимых юридических комментариев на столь злободневную тему, как позитивный признак для становления правового сознания, все же заметили, что на сегодняшний день неизвестно ни одного прецедента судебной тяжбы простых граждан с властями по поводу труда на хлопке - хотя бы в столичной Ташкентской области, где, по данным неправительственных СМИ, нынешней осенью на хлопковые поля были вывезены более 300 тысяч горожан - учащихся и бюджетников. А из регионов сейчас поступают сведения о почти поголовном участии всего работоспособного населения в сборе хлопка. Что и понятно - после аномально сухого и жаркого сентября надвигается настоящая непогода, дожди и заморозки и запланированная на конец октября ежегодная международная хлопковая ярмарка в Ташкенте, в ходе которой должны быть заключены основные экспортные поставки. Тут еще и визит эмиссаров Международной организации труда (МОТ), впервые в этом году допущенных в Узбекистан на предмет предотвращения участия детей и несовершеннолетних в сельскохозяйственных работах. По свидетельствам правозащитников и независимых журналистов, эмиссары МОТ, собирающиеся продлить свое пребывание до ноября, пока действуют на хлопковых полях, как и обещали заранее - политкорректно, без обличительного ража. А местные власти рвут все удила, чтобы и перед иностранцами не подставляться, и исполнять требования вышестоящих о завершении основной части страды до начала ярмарки и наступления холодов. По сообщениям неправительственного агентства Uznews из Джизакской области, перед визитом экспертов МОТ в Бахмальском районе срочно вернули с полей первокурсников местных колледжей и лицеев, с начала сентября вывезенных на хлопок именно по распискам - их собственным заявлениям типа: «Я, студент первого курса, являясь гражданином Узбекистана, безмерно люблю свою родину и не мыслю себя в отрыве от всенародной уборки хлопка ». И, по словам местного информатора агентства, возвращенные «добровольцы» не поспешили сразу усесться за парты, чем повергли в тихую панику администрацию. По утверждению преподавателя колледжа в другом районе в последних числах сентября, сразу три наблюдателя МОТ появились на хлопковом поле, но ограничились тем, что лишь расспросили заранее проинструктированных студентов, достигли ли все они 18-летнего возраста. Правозащитный альянс Узбекистана в своих пресс-релизах отметил отсутствие детей и несовершеннолетних школьников на сборе хлопка как позитивный момент. Между тем зарубежные СМИ констатируют ужесточение принуждения к сбору хлопка студентов и взрослых. Причем в этом сезоне оно как будто коснулось не только бюджетников, но и частных предпринимателей. Как сообщает агентство Fergananews, в Ташкенте от многих ЧПшников требуют или свернуть свой бизнес до конца хлопковой страды и отправиться самим на сбор урожая или отправить вместо себя поденных рабочих, заплатив за это около $300 на 20 дней. Другим, кстати, в присутствии представителей прокуратуры предлагают подписать «договора» о приобретении и транспортировке за их же счет продуктовых пайков для хлопкоробов на три миллиона сумов - около $1400. На этой неделе узбекская служба Радио Свободы сообщила, что в Учкурганском районе Наманганской области сельский сход граждан кишлака Кугай принуждает выходить на хлопковые поля женщин с младенцами на руках, угрожая в противном случае не выдавать пособия на малолетних детей. Но эта информация была тотчас опровергнута представителем общественного фонда «Махалля», заявившим, что «женщины оставляют своих детей свекровям или сестрам на два-три часа и идут на поле подзаработать. Совершенно добровольно». По его словам, за килограмм собранного хлопка государство в нынешнем сезоне платит сборщикам 178 сумов - около $8, причем деньги выдаются сразу же, и не реже, чем раз в 2 дня. Заместитель главы районной администрации при этом лично объезжает хлопковые поля, и раздает таким сборщицам - кормящим матерям и пожилым пенсионеркам - еще и памятные подарки... В Ташкенте тем временем задержки выдачи предприятиям и организациям денежной наличности для выплаты зарплат сотрудники банков неофициально объясняют тем, что «живые деньги» сейчас полностью перенаправлены для регулярных выплат хлопкоробам. Кому это не нравится - пусть соглашается получить всю зарплату безналом на пластиковые карточки или едет на хлопок... И никто пока не судился.

По мнению собеседников «ДН», в Ташкенте немалая часть населения считает, что в условиях «становления рыночной экономики» прибыль, образующаяся от разницы низких закупочных цен на хлопок и выручки от хлопкового экспорта, как раз и пополняет расходные части бюджета страны - то есть тратится на зарплаты бюджетникам и социальные выплаты. Поэтому «битва за урожай» не подвергается критике, кто-то вполне искренне видит участие в ней своим гражданским долгом, почти сродним долгу по защите отечества, а остальные просто смиряются как с суровой реальностью. В этом сезоне хлопковая страда омрачилась и фактами гибели людей. Как сообщила узбекская служба Радио Свобода, 15 сентября 2013 года в кишлаке Нарчок Вабкентского района Бухарской области шестилетний ребенок погиб, задохнувшись под кипой хлопка. Первоклассник пришел на хлопковое поле помогать своей матери, но решив отдохнуть, залез в прицеп трактора и там заснул. Не заметив ребенка, сборщики закидали его хлопком. Труп был обнаружен уже на пункте приема, при разгрузке прицепа. Районная прокуратура возбудила уголовное дело по факту несчастного случая. Говорят, отец не смог проститься с сыном - в момент похорон он находился на заработках в России. Через день в Кашкадарьинской области произошла ножевая драка на полевом стане между студентами-хлопкоробами, в результате которой погиб студент 4 курса исторического факультета Каршинского университета. Спустя несколько дней в Тахтакупырском районе Каракалпакстана совершила самоубийство студентка второго курса Нукусского медицинского колледжа. По информации Uznews, преподаватель заметил ее во время сбора хлопка прогуливающейся под руку с другим студентом и публично выругал за «непристойное» поведение. В среду Радио Свобода сообщило, что на хлопковом поле в Дустликском районе Джизакской области Узбекистана скончался 31-летний сельский житель, которого нанял вместо себя поденщиком хирург одной из поликлиник Ташкента. Нетрудоустроенный отец троих детей хотел подзаработать и в момент найма скрыл свою тяжелую болезнь. 4 октября о н скончался на хлопковом поле от приступа эпилепсии - тело у арыка обнаружили другие хлопкоробы. Все эти люди умерли там, где были - на хлопке. Могло ли быть иначе, наши собеседники считают пока «очень сложным вопросом». По мнению координатора хлопковой кампании Мэтта Фишер-Дэйли, в результате бойкота узбекского хлопка на Западе, организованного рядом ведущих текстильных производителей - Wallmart, Nike, Adidas, Levi's Узбекистан переориентировал свой хлопковый экспорт на Восток. Новые соглашения увеличат объем экспорта хлопка из Узбекистана в Китай и Бангладеш - до 83 процентов от общего объема, это на 33 процента больше, чем в прошлом году. Но другим ответом на западное давление стало и согласие принять миссию наблюдателей из Международной организации труда (MOT) в сезоне 2013 года. «Если миссия МОТ сможет убедить Ташкент прекратить отрицать существование принудительного труда, это уже было бы победой», - сказал Фишер-Дэйли в комментариях Uznews. По его мнению, у МОТ есть опыт проведения мониторинга и отчетов в трудных условиях, где вмешательство со стороны властей - обычная часть работы наблюдателей. «Успех или провал миссии в руках правительства Узбекистана. Ташкент должен решить, перейдет ли он к необходимым реформам», - считает координатор Cotton Campaign.

Нигора Юлдашева, Ташкент

dn.kz

Предыдущая статьяПривилегия или наказание?
Следующая статьяХлопковая кампания в Туркменистане, часть II (отчет АНТ)