CA-News.INFO

Central Asia regional news digest

Китай берет ШОС под свою опеку : Казахстан. Деловая Неделя.

27 июня 2009

Китай берет ШОС под свою опеку

26 июня 2009г. ? 25 (853), Казахстан. Деловая Неделя

Юрий СИГОВ, Вашингтон

Пекин впервые будет играть «первую скрипку» в международной структуре

Прошедший в России очередной саммит Шанхайской организации по сотрудничеству (ШОС), которую создали Китай и Россия для военно-политического противостояния США в Центральной Азии, показал: из антиамериканской по своей направленности структуры она превращается все больше в «особую экономическую зону» КНР, где финансовое и политическое влияние Пекина становится, по существу, определяющим.

Руководство КНР занимает центральные позиции в ШОС

Даже при условии вроде бы паритета при принятии решений в ШОС со стороны центральноазиатских государств, «первые роли» в этой организации заранее были забронированы Китаем и Россией. Но по прошествии всего нескольких лет стало очевидно, что именно Пекин будет плавно «подергивать» все те невидимые внешне веревочки, которые в нужный момент и в нужном месте еще больше укрепят влияние КНР на постсоветском пространстве.

И дело даже не в том, что Китай на прошедшем недавно саммите ШОС единственный, кто выразил готовность выделить крупные финансовые средства для осуществления различных экономических проектов в рамках этой организации. Именно у Пекина на сегодня есть свое видение и понимание, для чего ему нужна ШОС и каким образом ее механизмы можно было бы использовать прежде всего в своих интересах.

Собрались вместе для того, чтобы противостоять Америке. А теперь выяснилось - для того, чтобы дружить с Китаем

Когда ШОС только была создана, многие эксперты были уверены, что это - чистой воды антиамериканский политический проект для того, чтобы прежде всего совместными усилиями России и Китая не дать США закрепиться в Центральной Азии. Но если Москва действовала в этом регионе по принципу «главное, чтобы американцам ничего не досталось», то Китай смотрел на Центральную Азию абсолютно по-другому.

В Пекине справедливо решили, что раз бывшие советские республики Центральной Азии теперь независимы и никто особенно ими «заниматься» не торопится (пусть по разным причинам, но сути дела это не меняет), то почему бы там не закрепиться самим? Китайских предпринимателей учить тому, как «быстро закрепляться на оставленной соперником территории» не нужно - тем более что и без особых подсказок со стороны партийного руководства из Пекина китайские деловые круги видели в Центральной Азии важный источник природных богатств и новый рынок для сбыта производимых в Китае самых разнообразных товаров.

Общая нелюбовь к американскому военному присутствию в Центральной Азии на первых порах объединяла в ШОС и Россию, и Китай. Но именно к военному присутствию, а не вообще к США, с которыми Китай в отличие от России по полной программе торгует, покупает американские казначейские бумаги и является одновременно крупнейшим в мире держателем американской валюты.

Для России же главным в деятельности ШОС были прежде всего вопросы обеспечения безопасности своих южных границ, борьбы с терроризмом и исламским фундаментализмом (который потенциально мог проникнуть на российскую территорию из Афганистана), и недопущения Соединенных Штатов к каким бы то ни было широкомасштабным проектам и присутствию в этом регионе своего «центральноазиатского подбрюшья».

Китайцам же вся эта анти-американская «шанхайская завеса» была, по сути дела, ни к чему: Пекин видел в ШОС пусть не идеальный, но все же вполне приемлемый механизм для укрепления собственного экономического и политического присутствия в Центральной Азии, а также возможность с помощью финансовых кредитов влиять на развитие транспортной, промышленной и энергетической инфраструктуры этого региона.

Также показательно, что все прошедшие с момента создания ШОС годы Россия настойчиво пыталась в рамках этой организации сформировать разного рода контртеррористические подразделения, предлагала прежде всего китайцам проводить совместные военные учения, создавать мобильные отряды быстрого реагирования (по типу тех, что создаются сейчас в рамках Организации договора коллективной безопасности ОДКБ - видимо, даже идейные творцы подобных воинских формирований в обоих случаях были одними и теми же).

А китайцы в ответ на все эти предложения вежливо улыбались, кое-какие учения с российскими войсками совместно все же проводили (не допуская при этом «будущих союзников» ни к одному своему командному пункту и не давая российским командирам даже элементарно приблизиться к документации по подготовке китайских боевых подразделений). Но главное - они малозаметно для непосвященных потихоньку подтаскивали к себе в Центральной Азии мелкий и средний бизнес, заваливали своими товарами местные рынки, а также договаривались о важнейших для региона контрактах для своих компаний в области транспорта, грузовых перевозок и телекоммуникационных услуг.

Показательно, что вне зависимости от того, кто занимал каждый год в рамках ШОС пост председателя (в прошлом году это была Россия, а теперь это будет Узбекистан), именно Китай умудрялся стабильно укреплять свой статус «первого лица» в Центральной Азии, причем главенство КНР здесь фактически было признано всеми - и безоговорочно. По давней традиции китайские товарищи не особо выпячивали рост своего реального влияния в рамках ШОС (зачем твердить о том, что и так понятно), но в результате за годы, которые эта региональная организация уже существует, векторы ее дальнейшего развития в российском и китайском понимании стали существенно и концептуально расходиться.

Афганистан - это надолго, но ради этого не стоило создавать региональный военно-политический блок

Прошедший саммит ШОС не случайно некоторые обозреватели окрестили чуть ли не «международным выездным заседанием» по Афганистану без участия Соединенных Штатов и НАТО. В Екатеринбург приезжали президенты Афганистана, Пакистана, и Ирана, и лидеры всех центральноазиатских государств (кроме Туркменистана), которые граничат с этим неспокойным регионом. В кулуарах саммита велись по большей части двусторонние переговоры с участием президента России и председателя КНР, с тем чтобы выработать какие-то единые подходы к участию «Шанхайского клуба» в афганском урегулировании.

И все же вся эта «афганская история», о которой весь мир по большей части нынче говорит потому, что там находятся войска НАТО, и это - один из основных приоритетов внешней политики США, несколько уводит саму ШОС от той идеи, ради которой она была изначально задумана (естественно, если таковая вообще существовала). Если же называть вещи своими именами (а об этом лидеры стран ШОС если и размышляли, то уже очень давно), то ни им самим, ни многим даже тем странам, которые стремятся попасть в эту организацию на положении то наблюдателей, то «партнеров по диалогу», по большому счету, так и неясно, для чего «Шанхайский клуб» вообще предназначен и какие цели он должен перед собой ставить.

К примеру, Китай проводит в ШОС политику, которая наверняка только ему одному понятна и на перспективу определена. Все остальные государства-члены ШОС, включая Россию, толком не могут понять (но вряд ли в этом признаются), что и как дальше и сама КНР, и ведомый ею «Шанхайский клуб» планируют дальше делать.

Так, много и на саммите в Екатеринбурге, и раньше говорилось о выработке некоей единой позиции стран ШОС относительно «новых угроз и вызовов в регионе». Что вроде бы подразумевает если уже не полную согласованность дипломатических и других действий «Шанхайской шестерки», то как минимум совместные политические шаги, направленные в поддержку того или иного члена этой организации.

Однако в прошлом году ни Китай, ни страны Центральной Азии, входящие в ШОС, ничем не поддержали Россию в признании независимости Абхазии и Южной Осетии, хотя все лидеры этих стран на словах вроде бы выражали в кулуарах недовольство вмешательством США в дела государств Южного Кавказа. Но по большей части с подачи КНР «Шанхайский клуб» не предоставил в этом конфликте России ни военной, ни экономической, ни даже самой элементарной моральной поддержки.

Крайне туманной остается и идея расширения рядов «Шанхайской шестерки» за счет желающих к ней присоединиться государств. До сих пор не решен вопрос и о зоне ответственности ШОС, куда, к примеру, планируется включать Иран, который напрямую не граничит ни с одной страной-членом этой организации, а соответственно, по уставу принять Тегеран в нее вроде бы не имеют права.

К тому же ожидающий «в предбаннике ШОС» Иран и на саммите в Екатеринбурге вновь не получил статус полноправного члена этой организации, как нет шансов на ближайшую перспективу перейти из «кандидатов» в члены «Шанхайского клуба» у Пакистана, Индии и Монголии. Зато теперь в список «партнеров по диалогу» с ШОС зачислены переругавшаяся с Россией Белоруссия, и не то что сухопутных - даже морских границ не имеющая ни с одной страной этой организации и сама разрываемая уже не первый год гражданским военным конфликтом Шри-Ланка.

Также ограниченными являются и возможности ШОС в плане реализации значимых для той же Центральной Азии экономических проектов, под которые деньги готов выделять, по существу, лишь Китай. При этом сами страны ШОС, поделившись на «верхние» и «нижние», куда больше в тех же энергетических вопросах будут в дальнейшем не сотрудничать, а враждовать.

Тут, я думаю, уместно заметить и то, что ШОС за все это время так и не определила для себя стабильные приоритетные направления деятельности, которые не менялись бы от каких-то внешних причин и условий. Если внимательно посмотреть повестку дня последних саммитов этой организации, то обнаружится, что лидеры стран-членов «Шанхайского клуба» занимаются всеми вопросами сразу, ничего не доводя «до ума» конкретно и на перспективу.

Реагировать на события в Афганистане или думать над созданием региональной валюты для стран ШОС уместно, но все же четкого и ясного осмысления стратегии ШОС, ее конкретных, а не декларативных целей и принципов до сих пор в «Шанхайском клубе» так и не намечается.

Вас приглашают на «площадку для общения».

К тому же ШОС изначально превратилась в «место встречи, которое изменить нельзя», для первых лиц входящих в нее государств, но вовсе не во влиятельную структуру, созданную для решения насущных проблем, с которыми сталкиваются на сегодня все члены «Шанхайской шестерки».

На уже упомянутом саммите в Екатеринбурге практически ничего не говорилось о взаимных действиях стран этой организации по повышению благосостояния населяющих их простых людей, осуществлению важных региональных экономических проектов (тех же электростанций и дорог в Центральной Азии, к примеру), по свободному перемещению грузов и товаров, да и самих граждан этих стран (а это вопрос для Центрально-Азиатского региона куда как важен и актуален).

Стоит еще признать, что за время своего существования ШОС при всех вроде бы соблюдаемых ею атрибутах международных организаций (генсек, секретариат, штаб-квартира, множество вспомогательных и обслуживающих эту структуру чиновников из МИДов стран-членов) так и не стала по-настоящему влиятельной величиной. У нее явно отсутствует единый и понятный окружающим «командный голос», причем даже на региональном уровне (не говоря уже о глобальном влиянии) «Шанхайский клуб» занимает по многим важным проблемам слабые и неконкретные позиции. А виной тому, на мой взгляд, отсутствие четкого понимания и в Москве, и в Пекине, да и в столицах государств Центральной Азии для каких, собственно говоря, целей была создана эта организация и что она может полезного для ее членов сделать в дальнейшем. Что же касается Китая, то он в рамках ШОС и дальше будет усиливать свое влияние и постепенно «подминать» под себя (прежде всего - экономически) остальных своих соседей.

При этом даже состоя в региональных структурах и объединениях, Китай заинтересован приоритетно в пробивании своих интересов, а вовсе не намерен подчинять их какой-то координации со странами, которые от него все больше и больше во всех отношениях зависят.

Как бы ни пытались участники саммитов ШОС представить себя равноправными и равновеликими партнерами, эта организация, по сути, регулируется в собственных интересах именно Китаем. Всем же остальным членам «Шанхайского клуба» приходится не просто с этим молчаливо мириться (а куда деваться?), но и постоянно искать варианты «привязки» своих планов к «китайскому определяющему курсу».

В итоге саммиты ШОС регулярно становятся важной площадкой для обмена мнениями между лидерами прежде всего Китая и России (к которым в качестве наблюдателей теперь подключены такие влиятельные державы, как Индия, Пакистан и Иран), но на деле эта организация все же мало что конкретного не только предлагает, но и существенного делает. Да и сами лидеры ШОС постоянно заняты «событийной текучкой», на которую им приходится поневоле реагировать, и не задумываются над самим фактом серьезных изменений, которые произошли за последние годы в существовании и деятельности «Шанхайского клуба». Ведь тот формат «без-американского сотрудничества» в Азии, который еще несколько лет казался президентам стран ШОС разумным, по отношению к нынешним реалиям посткризисного мира (в котором Китай будет по многим параметрам уже куда сильнее Соединенных Штатов) оказывается малоэффективным и явно устаревшим.

dn.kz

Предыдущая статьяОппозиционеры стали революционерами: Казахстан. Деловая Неделя.
Следующая статьяВ Узбекистане религиозное подполье «Хизб-ут-Тахрир» : Казахстан. Деловая Неделя.