CA-News.INFO

Central Asia regional news digest

"Мы просто дремучее, консервативное государство советского тоталитарного образца"

23 июня 2008

"Мы просто дремучее, консервативное государство советского тоталитарного образца"

23/06/08 Zonakz.net

Мадия ТОРЕБАЕВА

Казахстанские правозащитники бьют тревогу, заявляя о том, что принятый в первом чтении депутатами Закон о внесении изменений и дополнений в законодательство о свободе вероисповедания и религиозных объединениях является одним из наиболее ярких примеров антидемократичного проявления, не соответствующего международным стандартам и практике законотворчества. В частности руководители Алматинского Хельсинского комитета Нинель Фокина и Казахстанского международного Бюро по правам человека и соблюдению законности Евгений Жовтис заявляют, что "на пороге председательства в ОБСЕ Казахстан жестко ограничивает свободу слова".

Куда вам со свиным рылом да в калашный ряд?

В частности серьезные проблемы в реализации права на свободу совести и религии, с точки зрения правозащитников вызывает попытка властей контролировать группы якобы потенциально опасных граждан путем их регистрации в соответствующих органах. "Ведь с какими-то преступными намерениями может существовать один человек или группа граждан. А как мы их контролировать будем? Тоже регистрировать? Но тогда где, в Комитете по делам религии, в полицейском участке? Это совершенно ошибочный концептуально способ регулирования прав и свобод человека. Он крайне опасен еще и тем, что находится на самом начале. Это поворотный момент. Принятие этого закона, означает, что Казахстан отказывается от соблюдения своих всех международных обязательств", - говорит Евгений Жовтис.

Еще одним не совсем понятным моментом является попытка запретить священнослужителям участвовать в политической жизни. Конечно, они могут участвовать в политической жизни, но только в личном качестве, а не от имени своей конфессии. Таким образом, становится непонятной ситуация с различными форумами религий, с Постоянно действующим совещанием, с Общественной палатой и, наконец, с Комиссией по правам человека, где тоже участвуют представители ведущих религий Казахстана.

Смех среди журналистов вызвала и норма, согласно которой утверждается идея о наличии в организации 50-ти человек. Некое подобие ограничительно-разрешительного характера, в которое свое время были поставлены политические партии. Получается, что в Казахстане нельзя создать религиозное объединение, если в нем не насчитывается 50-ти верующих. Тем временем, отмечает Евгений Жовтис "ни международное законодательство, ни наша Конституция не устанавливают количественный параметр при реализации права на свободу совести". "Там просто написано - "единолично или сообща с другими". Определение "сообща с другими предполагает и 2-х, и 3-х:. Почему 50-то надо? Или иначе вы никак молиться и верить не можете? Если меньше 50-ти человек, то молитвы не получаются, не достигают слуха Всевышнего или веры меньше? У нас был замечательный случай, когда из одного маленького города дозвонилась до нас одна маленькая группа верующих. Их было три человека, и они искали еще 47. А где их взять, если городок маленький и такого количества верующих не набирается", - рассказывает правозащитник.

Более того, как выясняется, разработчики в своей сравнительной таблице передергивают отдельные особенности международной практики. В частности ссылка идет на Италию, где шесть религиозных объединений подписали договор о сотрудничестве с правительством. "Это выдвигается как аргумент, мол, посмотрите, всего шесть организаций и все", - поясняет глава КМБПЧ. - "Но при этом никто не пишет дальше о том, что в Италии не существует обязательной регистрации религиозных объединений, что в Италии все религиозные общины действуют совершенно свободно, независимо от того подписали они договор с правительством или не подписали. Правительству до этого дела нет. Просто шесть наиболее крупных религиозных организаций подписали договор с правительством для того, чтобы взаимно сотрудничать, более активно появляться в СМИ, реализовывать свои какие-то образовательные программы. Это просто урегулирование отношений. И другие религиозные объединения, если захотят, могут в такое урегулирование вступить".

Один шаг вперед, десять назад

С точки зрения правозащитника, принятием данного закона мы, таким образом, отбрасываем Казахстан лет на 10 назад, совершенно забыв о тех немногих достижениях, которые удалось достичь неимоверными усилиями со времен обретения независимости. "Я не могу сказать, зачем ему это нужно и кто за этим законом стоит, но то, что делается, ставит Казахстан вне международного права в области свободы совести. Мы сейчас не можем ни на что претендовать. Мы сейчас не можем говорить ни о чем. Никакая мы не демократическая страна. Никакая мы страна, уважающая свои международные обязательства. Никакая мы страна, которая может председательствовать в ОБСЕ. Мы просто дремучее, консервативное государство советского тоталитарного образца", - возмущается г-н Жовтис. В связи с этим, правозащитник не исключает, что у Казахстана могут возникнуть довольно серьезные разногласия с США, где существует закон "О свободе религии", при нарушении которого любая страна автоматически выпадает из режима наибольшего благоприятствования в торговле с США.

Понятно, что основным аргументом в пользу нового закона "О религии" может выступать пресловутая угроза национальной безопасности Казахстана, а также вечная борьба с терроризмом и экстремизмом. Однако, по мнению правозащитников, нужно четко определять, что есть что, а потому, борьбу все же необходимо вести с религиозным экстремизмом, а не со свободой вероисповедания. "Для того чтобы вести эту борьбу казахстанское законодательство имеет все необходимые нормы. Оно имеет: закон "О противодействии экстремизму", закон "О борьбе с терроризмом" и, в конце концов, Уголовный кодекс, в котором четко записано, что запрещено. При этом не важно кто делает то, что запрещено - один человек, группа лиц, верующих, не верующих. Не нужно законом ставить все пространство, где люди реализуют свою свободу совести, под контроль советского образца, от которого как казалось, мы немножко ушли", - считает г-н Жовтис.

В свою очередь г-жа Фокина отмечает, что, по всей видимости, инициаторами закона выступают КНБ РК и Комитет по делам религии. "Естественно администрация президента не стоит в стороне, потому что без нее ничего не делается. Но когда я узнала, что за вопросы религии в эти годы отвечал Алексей Кикшаев, то мне было очень странно. Вернитесь, пожалуйста, к делу об убийстве Алтынбека Сарсенбаева", - говорит Нинель Фокина.

Дополнительная информация

По информации из различных интернет-сайтов Алексей Кикшаев известен со слов Р.Ибрагимова, проходящего по делу об убийстве идеолога казахстанской оппозиции Алтынбека Сарсенбаева. В то же время, по информации политика Булата Абилова, "господ Утембаева и Ибрагимова свел гражданин РФ Алексей Кикшаев, в последние годы возглавлявший отдел религий в администрации президента Казахстана". Также г-н Кикшаев известен как человек имеющий "большие связи в Вашингтоне и Ватикане". Алексей Кикшаев был одним из участников организации визита Папы Римского Иоанна Павла Второго в Казахстан в сентябре 2001 года.

А вот, что сообщают российские интернет-сайты о богословном звании Алексея Кикшаева: "удивительный пример спонтанного обращения в католичество - судьба Алексея Кикшаева. Элистинский калмык Кикшаев был самоучкой-богословом. Изучая религиозную литературу и размышляя о Боге, он пришёл к убеждению об истинности католичества. В начале перестройки он приехал из Калмыкии во Львов, явился в церковь латинского обряда и обратился к ксёндзу с просьбой о крещении. Священнослужитель, испытав взгляды Кикшаева, пришёл к выводу, что Алексей недостаточно подготовлен, дал ему литературу и предложил ещё подготовиться и всё обдумать. Через год молодой калмык прошёл испытание и был крещён. После возвращения в Элисту неофит развернул бурную кампанию, призывая своих соотечественников принимать истинную веру. Своими страстными проповедями он сумел вызвать к католичеству симпатии среди значительной части калмыцкой интеллигенции. Во время своих публичных выступлений Кикшаев собрал группу из нескольких десятков престарелых поляков и немцев, организовал общину. После этого ему удалось добиться нескольких встреч с архиепископом Т.Кондрусевичем, который согласился прислать в Элисту священника, и с президентом Калмыкии К.Илюмжиновым, обещавшим поддержать общину. Позднее Кикшаев принял постриг и уехал в один из францисканских монастырей на Западе, но в Калмыкии после него остались три крепкие католические общины.

Старо-новые приемы

По утверждению г-жи Фокиной, закон "О религии" появился еще в 2002 году. В тот период он был признан неконституционным. Второе явление данного закона пришлось на январь прошлого года. Однако и на этот раз уже в июне, из-за поднятого шума он был отозван и не рассматривался в парламенте. "Мы имеем все варианты, и каждый раз, когда появляется новый законопроект, мы видим, что идеи не меняются. Когда мы пытаемся прогнозировать, мы исходим из собственного опыта, из собственной логики. Та логика, которой мы придерживаемся, говорит, что если ты видишь пожар, то не лезь туда без специального костюма. Какой логикой руководствуются наши политические повара, судить очень трудно. Например, верующие сейчас молятся за то, чтобы наш мудрый президент не подписал этот закон, и пишут ему письма. Ну, во что-то надо верить:", - говорит глава Алматинского Хельсинского Комитета.

Кстати, правозащитники не исключают, что настойчивое продвижение данного закона является своего рода игрой, где в случае принятия сам закон выступает в качестве разменной монеты или если хотите, предметом торга. "Не исключено, что на каком-то этапе, как это уже было в нашей практике, закон будет передан в Конституционный совет, где он благополучно будет признан неконституционным, и вся эта шумиха затихнет. Когда меня спросили наши западные партнеры, с кем мы пытались продвигать права и свободы человека в этой стране: "Почему именно сейчас и почему именно таким образом?". Я может быть слегка цинично, что для меня не характерно, сказал: "Торговать нечем". Хорошо, когда есть чем торговать: кто-то сидит, а его можно выпустить; какое-то СМИ закрыли, а его можно открыть; какую-то партию не зарегистрировали, а можно и зарегистрировать. Сейчас не много, будем говорить, средств. А закон "О религии" вполне хорошее средство.

Его можно долго эксплуатировать: хотим, примем - хотим, не примем. Более того, на днях промелькнуло сообщение, что проект закона был направлен в Бюро по демократическим институтам и правам человека ОБСЕ для экспертизы. Тогда зачем его принимали, до того как экспертиза появилась? Но если закон останется в том виде, в котором он есть и будет принят парламентом, то при желании установить в нем несоответствие Конституции ничего не стоит. Вот один пример, когда я ссылался на 19-ю статью Конституции, которая без согласия запрещает указывать в официальных документах религиозную принадлежность. Понятно, что любая регистрация документа предусматривает подачу в регистрационные органы списков членов-инициаторов. Эта обязательность заставляет их указать свою религиозную принадлежность, что прямо противоречит Основному закону страны. Конституционный совет может, конечно, это и не признать антиконституционным, но при желании это совершенно элементарно сделать. Там около 10-ти таких несоответствий. Такое впечатление, что закон преднамеренно или не преднамеренно уже содержит целый ряд предложений, которые при желании можно признать антиконституционными", - поясняет глава Бюро по правам человека и соблюдению законности.

Когда делать нечего

Закон, изначально ограничивающий права свободы человека принимается только в том случае, когда есть социальная или общественная необходимость. Однако, по мнению правозащитников особой необходимости в срочном принятии нового закона "О религии" в общем-то, нет. Ну, ничего такого из ряда вон выходящего в стране не произошло, что заставило бы власть принимать драконовский закон, тем самым, пытаясь поставить под контроль все религиозные объединения. Тем не менее, в случае принятия старо-нового закона "О религии", весьма значительные неудобства будут испытывать не только религиозные объединения. Не исключено, что эта печальная тенденция не будет распространяться и на другие законодательные нормы, регулирующие деятельность общественных организаций, НПО и пр. "Принятие этого закона будет катастрофично не только для религиозных организаций. Результат будет катастрофичен для всего гражданского общества, для перспектив развития демократии, верховенство закона прав и свобод человека в нашей стране. Это очень печально", - прогнозирует Евгений Жовтис.

zonakz.net

Предыдущая статьяКадры и инновации
Следующая статьяПарламент принял поправки в конституционный закон о государственных символах Казахстана