CA-News.INFO

Central Asia regional news digest

Энергетическое яблоко раздора

28 июля 2007

Энергетическое яблоко раздора

«Эксперт Online» / 27 июля 2007

Геворг Мирзаян

Средняя Азия вновь, как и в XIX веке, становится ареной борьбы между великими державами - только уже не двумя, а тремя. Однако если раньше она была просто буферной зоной, то теперь от того, куда из региона пойдут углеводородные потоки, будет зависеть расклад сил в мировой политике.

Из трех великих держав наиболее слабые позиции в регионе сейчас у Соединенных Штатов. Американцы смогли под шумок развернуть свои базы в Узбекистане и Киргизии после событий 11 сентября и начала операции против «Талибана». Когда в Грузии и на Украине прошли «цветные революции», большинство американских политологов призывали администрацию Буша продолжить в том же духе и в остальных странах постсоветского пространства - во всех, кроме Узбекистана. И исключение для Ташкента было сделано отнюдь не от большой любви к режиму Ислама Каримова. Просто если на Украине в качестве реальной оппозиции Кучме выступали Ющенко и Тимошенко, в Грузии - Саакашвили, то после репрессий Каримова единственной альтернативной ему политической силой являются исламисты, в частности «Хизб-ут-Тахрир». Соответственно, после возможного свержения Каримова лишь они будут иметь достаточно сил, чтобы прийти к власти в Узбекистане - стране, которая занимает центральное положение во всей Средней Азии, стране с почти 28?миллионным населением, средний возраст которого составляет 23 года, стране, имеющей на своей территории месторождения чистейшего золота и столь желанного для Усамы Бен Ладена и его соратников урана. «Исламизация» же светского Узбекистана неизбежно вызовет «принцип домино» и превратит всю Среднюю Азию в огромный рассадник экстремизма.

Однако Буш, как он очень часто делает, пренебрег советами умных людей не проводить «демократизацию» Узбекистана ковбойскими методами, и после расстрела людей в Андижане Белый дом обрушил на Ташкент всю мощь своей критики, а также ввел санкции против режима Ислама Каримова, которые поддержали и европейские страны. Так, высшие лица Узбекистана более не имеют права на въезд в ЕС, Ташкенту отказали в продаже оружия. В ответ взбешенный Каримов выгнал американцев с занимаемой ими базы «Карши-Ханабад» в Узбекистане. Отношения между Ташкентом и Западом резко охладели. «Мы не хотим отношений ученика и учителя», - говорит министр иностранных дел Узбекистана Владимир Норов.

Но не это является самым неприятным последствием для Вашингтона. Основная проблема в том, что все среднеазиатские диктаторы, и так обеспокоенные «цветными революциями», вольно или невольно примеряют эту ситуацию на себя. Они прекрасно понимают, что события, подобные андижанским, могут произойти и у них, и не желают, чтобы под этим предлогом США вмешивались в их внутренние дела. Поэтому американцев потихоньку выдавливают из региона, а также закрывают доступ для правозащитных европейских организаций.

В особенности вмешательства Соединенных Штатов опасается Нурсултан Назарбаев. Во-первых, потому, что казахская оппозиция, в частности фонд «Казахстан-XXI век», проявляет исключительную активность в сотрудничестве с лоббистскими фирмами в Вашингтоне. Во-вторых, во второй половине августа в Казахстане пройдут выборы в парламент (Мажилис), и учитывая, что уже сейчас страну потрясают скандалы вокруг налагаемых властью ограничений на деятельность оппозиции, поводов для критики Назарбаева и вмешательства во внутренние дела Казахстана будет больше чем достаточно. «Власти Казахстана либо станут зависимыми от России и Китая (что станет гарантией власти для элит страны), либо будут сближаться с Европой с ее демократическими ценностями, и это может стать угрозой для власти», - обрисовывает варианты действий для Нурсултана Назарбаева казахский правозащитник Евгений Жовтис.

Действительно, среднеазиатские лидеры положительно оценивают позицию Москвы, которая старается дистанцироваться от вопросов обеспечения демократических прав и свобод в этих странах, предпочитая развивать с ними экономические отношения. Подобный подход их полностью устраивает, и поэтому позиции России в Средней Азии продолжают укрепляться. С Исламом Каримовым (тем самым, который в свое время говорил о том, что Узбекистан вполне может обеспечить свою безопасность и без помощи России) был заключен договор, согласно которому Россия гарантирует безопасность Узбекистана и в случае необходимости может ввести войска в эту страну. Каримов, претендующий на лидерство среди среднеазиатских стран, не просто так пошел на этот тяжелый шаг, в принципе несовместимый со статусом лидера. Просто в силу ряда причин (усиление позиций «Талибана» в Афганистане, растущая популярность исламистских настроений в государстве, санкции Запада) Узбекистан чувствует себя очень уязвимо.

Кроме того, в мае на переговорах в г. Туркменбаши Владимир Путин смог заключить договор с Казахстаном, Туркменистаном (косвенно к нему привязан и Узбекистан) о строительстве Прикаспийского газопровода по берегу Каспия. По плану Кремля, этот трубопровод обесценит лоббируемый США и Евросоюзом Транскаспийский газопровод и вкупе с другими проектами должен окончательно привязать весь экспорт энергоносителей из региона на Запад к России.

Однако страны Средней Азии не желают ориентироваться лишь на Москву, опасаясь попасть в зависимость от нее. Все большее и большее влияние в регионе получает еще одна великая держава - Китай. К примеру, доля китайских товаров в киргизском экспорте приближается к 50%.

У Пекина очень много общих позиций с государствами региона. Во-первых, так же как и они, китайцы озабочены проблемой усиления позиций сторонников радикального ислама в Средней Азии, поскольку это грозит беспорядками и еще большим усилением сепаратистских настроений в и так неспокойном Синьцзян-Уйгурском автономном районе Китая. Именно поэтому, к примеру, Китай проигнорировал бойню в Андижане и даже не заикнулся о «правах человека», когда в Казахстане было арестовано около 40 этнических уйгуров по обвинению в подготовке терактов в Астане (в начале июля десять из них предстали перед судом по обвинению в организации террористической группы «Джамаат мухаджиров» и получили сроки от трех до 25 лет лишения свободы).

Во-вторых, в условиях бурного экономического роста необходимость поиска дополнительных источников энергоносителей стала вопросом жизни и смерти для Пекина. Именно поэтому «если Китай усмотрит стратегическую необходимость в строительстве трубопровода, он его построит, не задумываясь о капитальных затратах, графиках риска и коэффициенте окупаемости капиталовложений», говорит профессор Джонатан Стерн, руководитель отдела по изучению газовых ресурсов Оксфордского института энергетических исследований. Вот китайцы и обратили активное внимание на запасы углеводородов в Средней Азии. В экспорте энергоносителей на Восток заинтересованы и среднеазиатские государства. «Если Казахстан хочет стать частью глобальной экономики, ему придется диверсифицировать свои экспортные маршруты перекачки энергоресурсов», - говорит нефтяной аналитик инвестиционной компании «Тройка Диалог» Валерий Нестеров. «Пока Россия является просто самым полезным для него транзитером»,- добавляет эксперт. «Единственное наше желание - продавать наши ресурсы как можно эффективнее и с наибольшей выгодой», - утверждает Нурсултан Назарбаев. Китай предложил импортировать из Казахстана ежегодно 20 млрд куб. м газа. Кроме того, Пекин готов финансировать строительство газопровода для его транспортировки на Восток. Китайцы уже инвестировали более 700 млн долларов в прокладку нефтепровода из центрального Казахстана на территорию Китая, который начал работать в прошлом году.

Однако на сегодняшний день наибольшие перспективы китайцы имеют в Туркменистане. Во время первого официального визита в Китай президента Туркмении Гурбангулы Бердымухаммедова стороны заключили соглашение на постройку прямого газопровода из Туркмении в Китай и поставку газа в эту республику. Кроме этого, китайская корпорация CNPC подписала с «Туркменгазом» 30?летний контракт на ежегодные поставки в размере 30 млрд куб. м газа начиная с 2009 года.

Идея продавать газ на Восток давно зрела в головах туркменских чиновников - лишь неожиданная смерть Сапармурата Ниязова в конце 2006 года помешала тогда активно реализовать этот проект. Помимо того что это неплохой источник валютных поступлений, это еще и удачный вариант диверсифицировать свои нефтяные поставки.

Однако тут начинают возникать неприятные для туркменского руководства вопросы. Помимо обязательств поставлять 30 млрд куб. м в Китай, на сегодняшний день остается в силе договор, заключенный в 2005 году между Туркменией и «Газпромом» на ежегодную поставку до 50 млрд куб. м газа по цене 100 долларов за 1 000 куб. м. Помимо этого, Ашхабад желает экспортировать газ через будущий газопровод Nabucco, идущий через Турцию в страны Восточной Европы. Вся проблема в том, что, несмотря на заявления Гурбангулы Бердымухаммедова, сделанные в духе «спокойно, всем хватит», в ближайшей перспективе у Туркмении нет технических возможностей для того, чтобы одновременно продавать 45?50 млрд куб. м газа «Газпрому», 30 млрд куб. м Китаю, да еще и пускать газ по газопроводу Nabucco. Так что, скорее всего, газ просто пойдет тем, кто больше заплатит - в Китай или в Россию.

В принципе Москве и Пекину удается пока цивилизованно «сосуществовать» в Средней Азии, в частности путем согласования своих интересов в рамках ШОС. Надо понимать, что регион не является приоритетным в глазах китайского руководства (основная экспансия Китая направлена в Юго-Восточную Азию). Поэтому если из Средней Азии в Китай будут исправно поступать энергоносители, если оттуда не станут исходить угрозы безопасности и территориальной целостности Китая (в лице усиления исламского экстремизма), то он в принципе будет готов оставить Среднюю Азию «под управлением» Москвы. По крайней мере, на время.

expert.ru

Предыдущая статьяБОРЬБА ЗА КАСПИЙСКУЮ НЕФТЬ
Следующая статьяПОТОКИ ЭЛЕКТРОЭНЕРГИИ В РЕГИОНЕ