CA-News.INFO

Central Asia regional news digest

Жаркое лето 2007-го - Досым Сатпаев: «Власти допустят в парламент не только «Ак жол» или КНПК, но и ОСДП»

30 июня 2007

Жаркое лето 2007-го - Досым Сатпаев: «Власти допустят в парламент не только «Ак жол» или КНПК, но и ОСДП»

30 июня 2007, ia-centr.ru

Распущен старый парламент и назначены выборы в новый. Политические партии, которые к этому готовы, уже начали свою избирательную кампанию. Кто и где окажется в результате выборов, и зачем следует объединяться оппозиционным партиям? Об этом и многом другом в интервью с директором Центра оценки рисков Досымом Сатпаевым.

Выборы без выбора

- Досым, как будет правильно сказать о той же партии «Нур Отан»: она начала свою избирательную кампанию или фактически не прекращала ее?

- Здесь хотелось бы сделать одно уточнение. Я всегда говорил и еще раз повторю, что «Нур Отан» это партия номенклатурная, а не электоральная. В политологии есть такое понятие, как «кадровая партия», которое, конечно, предполагает немножко иной смысл, но по отношению к «Нур Отану» оно подходит. Его характерные черты: жесткий централизм, фиксированное членство, доминирование карьеризма, отсутствие внутрипартийной дискуссии, оторванность от общества и крепкая завязка на лидере. В нашем случае речь идет о президенте страны. Все это говорит о том, что априори эта партия не способна проводить настоящую избирательную кампанию. Все то, что называется избирательной кампанией «Нур Отана», таковым не является. Это, скорее, мероприятия для галочки, имитация бурной партийной деятельности. Всю PR-работу за «Нур Отан» делает президент.

- Благодаря новому правилу формирования мажилиса по партийным спискам станет ли парламент более независимым от исполнительной власти, в том числе и от президента?

- Интересно, каким образом новый парламент может быть независимым от исполнительной власти, если в нем будет доминировать партия, которую, по сути, возглавляет сам президент!? В нее же входят члены правительства и большинство областных акимов. В конечном счете все то, что мы наблюдали в последнее время, начиная от укрупнения партийных структур и заканчивая конституционными изменениями, имели какую угодно цель, но отнюдь не попытку вывести парламент из-под контроля исполнительной власти. К тому же не стоит забывать, что кроме представителей партии «Нур Отан», в новом парламенте будут присутствовать назначенцы от Ассамблеи народов Казахстана, чьи кандидатуры будут проходить фильтрацию в администрации президента.

- Представители каких национальных меньшинств, на ваш взгляд, войдут в состав мажилиса парламента по спискам Ассамблеи народов Казахстана? И что при этом будут чувствовать представители остальных национальных меньшинств, которые на этот раз не войдут в парламент?

- Честно говоря, из всей той политической игры, которую ведет «Ак Орда», идея с назначением в парламент представителей Ассамблеи народов Казахстана является самой сырой. Это можно было видеть по той дискуссии, которая велась внутри ассамблеи после появления этого предложения. До сих пор непонятно: по какому критерию будут определять «проходные национальные меньшинства», будет ли ротация или нет, какой механизм отзыва депутата от ассамблеи. Если исходить из того, что многие члены ассамблеи параллельно являются членами партии «Нур Отан», то их присутствие в парламенте можно рассматривать как дополнительную подпорку для этой партии. С другой стороны, это их присутствие в парламенте должно было поддержать имидж Казахстана как постсоветской «лаборатории интернационализма». Хотя можно предположить, что одной из целей включения членов ассамблеи в мажилис могло быть создание противовеса тем депутатам, которые могут стоять на позициях национал-патриотизма. Эта идеологическая ниша, естественно, в умеренной форме активно будет заполняться как пропрезидентскими, так и оппозиционными силами.

- Насколько честными ожидаются выборы в мажилис парламента? Как вы думаете, можно ли на этот раз исключить использование так называемого административного ресурса?

- Как это ни странно, ответ на этот вопрос неоднозначный. С одной стороны, оппозиция, по старой памяти, готовится к тому, что выборы пройдут под жестким контролем исполнительной ветви власти. И для этого у них есть веские основания. С другой стороны, к этим выборам власти Казахстана, судя по всему, начали готовиться давно, как на партийном поле, так и в правовом пространстве. Поэтому созданный партийный динозавр в лице партии «Нур Отан» получил широкое поле для маневров, в отличие от своих конкурентов. В этих условиях Астане будут невыгодны явные и грубые нарушения, учитывая наличие уверенности в том, что результаты выборов фактически предрешены. Другое дело, что перегибы могут быть на низовом уровне, особенно в регионах. Что касается административного ресурса, то это неотъемлемая черта управляемого избирательного процесса. Своего рода страховой полис действующей власти. Как говорится, если бы выборы могли что-нибудь изменить, их запретили бы.

Оппозиция без оппозиции

- Можно ли полагать, что бывшие в прошлом процессы дробления оппозиции, а ныне процессы их слияния происходят по сценарию администрации президента, которая при этом действует подобно дробильной машине, чтобы затем из получившегося мелкого песка спечь оппозиционный кирпич удобной формы, чтобы положить его под основание своего устойчивого существования?

- Вся проблема заключается в том, что казахстанская оппозиция в основном плывет по течению реки, чье русло формирует власть. Вряд ли речь идет о прямом воздействии администрации президента на эволюцию казахстанской оппозиции. Но это делается опосредованно, через законодательные механизмы. Взять хотя бы объединение ОСДП и «Настоящего Ак жола». Интересно, произошло бы оно, если бы в Казахстане не было 7% избирательного барьера? Это лишь один из красных флажков, которые власть расставила для политических партий. Или же запрет на участие в выборах предвыборных партийных блоков, который заставил партии сбиваться в кучу, что привело к сокращению игроков на партийном поле. Не думаю, что политтехнологи от власти просчитывают все шаги оппозиции, но ее плюсы и минусы они уже знают хорошо. К тому же власть и оппозиция похожи в том, что они живут в том политическом измерении, которое сами себе построили. И общество взирает на них с одинаковой долей политического равнодушия.

- Имеет ли смысл в подобной ситуации партии «Алга!» раскалывать себя изнутри, чтобы таким образом превратиться в тот же песок?

- Честно говоря, я не совсем понимаю тезис некоторых представителей «Алги!» о том, что их целью не является участие в выборах в ближайшие годы, а лишь работа по усилению позиций партии на местах. Но политическая периферийность часто приводит к политическому тупику. Конечно, можно долго ждать своего момента для триумфального выхода, который, насколько я могу понять, возможен для «Алги!» только с полной сменой власти в Казахстане, так как при ныне действующем президенте «Алга!» будет рассматриваться как внесистемная оппозиция. При этом никто не даст гарантии, что весь этот период ожидания своего политического момента «Алга!» будет монолитной и не распадется раньше, чем этот момент наступит. Поэтому следует взвесить все за и против касательно объединения с ОСДП. Я могу понять тех, кто не доверяет этому союзу, учитывая довольно явную конъюнктурность объединения ОСДП и «Настоящего Ак жола». Но давайте зададимся вопросом о том, что выгоднее власти: иметь разрозненную оппозицию или консолидированную? И чей голос более громкий: политического хора или отдельного солиста?

- На какой успех может рассчитывать оппозиция на выборах в мажилис парламента, если она не заручилась при этом поддержкой исполнительной власти?

- Сейчас сложились две точки зрения по этому вопросу. Одни эксперты считают, что власти допустят в парламент не только «Ак жол» или КНПК, но и ОСДП хотя бы потому, что это никак не повлияет на внутрипарламентский расклад. Другие более пессимистичны, предполагая, что в новом парламенте не будет ни одного оппозиционного кандидата. Реализация первого варианта будет умным ходом со стороны власти. Осуществление второго сценария - признак ее стратегической недальновидности.

- Можно ли полагать, что участие оппозиции на предстоящих выборах будет окончательной легитимизацией в завуалированной форме с их стороны свершившихся конституционных изменений, фактически предоставляющих право Нурсултану Назарбаеву бессменно править страной?

- Я думаю, что да. Поэтому властям должно быть выгодно участие оппозиции в выборах. Это, по крайней мере, избавляет публику от созерцания откровенного политического фарса.

- Как могут сказаться на казахстанской оппозиции результаты выборов в мажилис парламента?

- Если это приход в парламент, то она получает дополнительную трибуну. Если бойкот выборов, то это опять возвращение на политическую периферию, которая, насколько я понимаю, некоторым оппозиционным лидерам уже надоела.

Президент без зятя

- Можно ли считать свершившиеся изменения в Конституции страны от 18 мая государственным переворотом? И если да, то полагаете ли вы, что если не было бы «дела Рахата Алиева», то его следовало бы придумать, чтобы отвлечь народ от практически свершившегося государственного переворота?

- Нужно к месту использовать те или иные понятия. Что значит «государственный переворот»? Это, в первую очередь, одна из форм насильственной смены власти наряду с революцией или военным путчем. Но в Казахстане этого не было. Власть осталась прежней, просто она пытается себя зацементировать новыми конституционными изменениями, сделав себя прочнее и устойчивее, что рано или поздно приведет к обратному результату. Что касается Рахата Алиева и конституционных изменений, то давайте действительно отделять котлеты от мух. Я где-то уже говорил, что это уголовное дело против Алиева не является хорошо спланированной политтехнологией, главной задачей которого была попытка отвлечь внимание общественности от конституционных изменений. Интересная получается политтехнология, если издержек от нее для власти больше, чем пользы. Взять хотя бы угрозы Алиева по поводу возможной войны компроматов. Думаю, что если бы была задача отвлечь внимание общественности, то можно было бы найти другие способы, не втягивая в этот конфликт семью президента.

- Исполнительная власть пытается говорить о Рахате Алиеве как об обыкновенном уголовном преступнике, и в связи с этим резко выступает против того, что он пытается политизировать свое дело. Не кажется ли вам, что та же власть и ее многочисленные апологеты противоречат себе, когда политизирует феномен Рахата Алиева, что в концентрированном виде выразил один «видный» деятель в лозунге: «Да здравствует Казахстан с Нурсултаном Назарбаевым, но без Рахата Алиева!»?

- С одной стороны, идет явная демонизация Рахата Алиева, его превращение в некоего «Мистера Зло» вселенского масштаба. Хотя он является порождением той самой политической системы, против которой и выступил. Можно подумать, что если бы Алиев вдруг исчез, то это каким-то образом отразилось бы на жизни многих простых казахстанцев. С другой стороны, многим представителям политической и бизнес-элиты Казахстана было бы спокойно, если бы Рахат Алиев был нейтрализован. Вся проблема в том, что у него в республике врагов больше, чем союзников. Хотя для президента более безопасно держать его рядом с собой, чтобы снизить реальную угрозу «войны компроматов». Как говорится: «Друзей держи всегда рядом, а своих врагов - еще ближе». И мне кажется, что каждая политическая сторона пытается извлечь из этого дела свои политические дивиденды. Со стороны оппозиции, говоря языком политтехнологии, это, скорее, попытка создать информационный шум.

Казис Тогузбаев

kub.kz

ia-centr.ru

Предыдущая статьяО некоторых аспектах идеологии интеграции
Следующая статьяСовет федерации готовит проект снижения налогов для мигрантов