CA-News.INFO

Central Asia regional news digest

sknews.ru

Мусульмане и мир ислама (Начало)

31 марта 2009

Мусульмане и мир ислама

2009 год: март, ? 13, sknews.ru

Москва

Николай Димлевич

13 марта президент США Б.Обама сделал «первое жесткое внешнеполитическое заявление»: он объявил, что НА ГОД ПРОДЛЕВАЕТ односторонние ЭКОНОМИЧЕСКИЕ САНКЦИИ ПРОТИВ ИРАНА, поскольку Исламская республика по-прежнему представляет «чрезвычайную угрозу национальной безопасности, внешней политике и экономике США».

Данное заявление прозвучало явным диссонансом с «утечками» из европейских дипломатических источников, на основании своих неформальных обсуждений в Вашингтоне, утверждали, что американцы «пойдут на взаимодействие с транцами и сделают это до (иранских) выборов», которые состоятся в июне.

Как известно, госсекретарь Х.Клинтон в начале марта объявила о планах проведения международной конференции по Афганистану и сказала, что Иран, как соседнее государство, вероятно, будет приглашен. Это сообщение вызвало спекуляции, что представители США и Ирана могут войти в непосредственный контакт в ходе конференции.

Видимо Белый дом склоняется к применению испытанной временем тактики «кнута и пряника». Также возможно, что внутри высшего руководства США продолжаются оживленные дебаты относительно самой стратегии в отношении Тегерана и сроков ее реализации.

Косвенным подтверждением этого можно считать публичные расхождения по вопросу оценки сроков предполагаемого обретения Ираном ядерного оружия. Так, начальник Объединенного комитета начальников штабов адмирал Майк Макмуллен недавно заявил, что у Тегерана уже достаточно ядерного материала для создания ядерной бомбы. Всего несколько часов спустя его опроверг министр оборон Роберт Гейтс: «У них пока нет необходимого материала; они еще не приблизились к бомбе».

10 марта директор службы национальной разведки США Д.Блэр, выступая Конгрессе, заявил, что Иран не принял решение двигаться по пути создания ядерного оружия. По оценкам американского разведсообщества, на текущий момент, самое ранее, когда Иран, исходя из его технических возможностей, сможет произвести определенное количество высокообогащенного урана, необходимого хотя бы для одной бомбы, «это 2010-2015 годы». Такой большой разрыв в прогнозах Блэр объяснил разными оценками того, насколько быстро Тегеран сможет создать оружие в случае возобновления оружейной программы, замороженной в 2003 году.

Вместе с тем, Блэр признал, что израильские спецслужбы на основе тех же разведданных делают совсем другие выводы. Амос Ядлин, глава Службы военной разведки Израиля, утверждает: «Иран накопил сотни килограммов низкообогащенного урана и надеется, что сможет использовать диалог с Западом для того, чтобы потянуть время, которое ему необходимо для создания бомбы». Израиль угрожает решительными действиями, чтобы не дать Ирану осуществить свою ядерную программу, в ответ на это президент Ирана Махмуд Ахмадинежад обещает перекрыть Ормузский пролив и разрушить незаменимый нефтяной терминал Рас-Таннура и саудовское нефтяное предприятие в Абкайке. Тегеран может легко добиться этой цели ракетным или бомбовым ударом. Любой их этих шагов приведет к немедленному сокращению морских поставок нефти на 40%, мировых поставок нефти в целом на 18% и поставок всей нефти, потребляемой в США, на 20%.

Трудности, стоящие в иранском вопросе перед Вашингтоном, полагает ряд европейских наблюдателей, в значительной мере вызваны глубокой «включенностью» этой проблемы в общую «дугу кризиса», протянувшуюся от Средиземного моря до Индийского океана через Израиль-Палестину,Сирию-Ливан,Иорданию, Ирак, Иран, Афганистан-Пакистан. Америка ведет в этом регионе две войны - в Ираке и Афганистане. В прошлом году в Ираке США - в дополнение предпринятому ранее наращиванию военного контингента - стали платить суннитам, отказавшимся от военных действий. В результате, по мнению значительного числа западных экспертов, ситуация в Ираке в настоящее время развивается в направлении дальнейшей стабилизации.

В то же время, израильские и ряд арабских наблюдателей все чаще выражают БЕСПОКОЙСТВО тем, что АДМИНИСТРАЦИЯ ОБАМЫ МОЖЕТ ДЕ-ФАКТО «СДАТЬ ИРАК ИРАНЦАМ».

Так, в последнее время состоялись уже три поездки высокопоставленных иранских политиков в Ирак. Там побывали министр иностранных дел ИРИ Манучер Матаки, Али Акбар Велаяти, политический советник духовного лидера ИРИ Али Хаменени, а также очень влиятельный политик, бывший президент Ирана Хашеми Рафсанджани. И хотя суннитские лидеры, в частности, вице-премьер Тарек аль-Хашми, бурно протестовали против прибытия Рафсанджани, не в силах забыть его роль в ирано-иракской войне, однако «:видно, что в Багдаде Тегеран все больше и больше воспринимается в качестве стратегического союзника».

На фоне заявлений президента США Б.Обамы о том, что большинство американского контингента будет выведено из Ирака до августа 2010 года, иракское правительство озабочено созданием прочного стратегического тыла, состоящего из дружественных государств - Ирана, Сирии и Турции. Политика Обамы, утверждают критики, стимулирует к появлению нового стратегического блока в ближневосточном регионе.

Визит Рафсанджани не случайно прошел практически сразу после поездки в Багдад гостя из Сирии, премьер-министра Наджа аль-Отари (Naji Al-Itri). Последний прибыл в иракскую столицу из Тегерана, вместе с большой делегацией государственных чиновников и бизнесменов.

Объем торговли между Сирией и Ираком постоянно растет и в этом году он должен составить $1,5 млрд. в год. В ИРИ между тем считают Ирак вторым по важности торговым партнером.

И речь не идет только о торговле. ИРАН,СИРИЯ, ТУРЦИЯ и ИРАК планируют создать единую систему электроснабжения, и в рамках этого проекта Багдад получит от Тегерана около миллиарда долларов, а также техническую помощь.

Не случайно иранский президент Ахмадинеджад объявил, что «четырехсторонний союз крайне важен для международной безопасности и установления добросердечных связей между странами».

Это «добросердечие» «крайне беспокоит арабские страны», особенно Саудовскую Аравию и Египет, которые видят, как ИРИ наращивает свое влияние в регионе - «при полном равнодушии американцев». Иран берет под свой контроль Ирак и Сирию, и постепенно расширяет свое присутствие на палестинском фронте.

Тактику наращивания военного контингента, подобную иракской, Обама хочет применить и в АФГАНИСТАНЕ наряду с ведением переговоров с талибами, готовыми интегрироваться в кабульскую власть. Новая американская администрация «с редкостным энтузиазмом» пересматривает свою стратегию в Афганистане и Пакистане. И Этот душевный подъем необходим, так как США и НАТО все сильнее втягиваются в войну, выиграть которую военными силами они уже, скорее всего, не в состоянии, а средствами политики - лишь путем существенных отступлений от своих изначальных идей. Скептики напоминают, что «новым» в упомянутой иракской стратегии Вашингтона была отнюдь не инициатива переговоров с «умеренными суннитами», а готовность США к тесному сотрудничеству с бывшим врагом.

Существуют ли подобные условия для заключения союзов в горах Афганистана - неясно.

К примеру, многие афганцы принципиально не возражают против идеологии талибов. И проблема Обамы в том, чтобы растолковать ведущим стратегам в Вашингтоне и американскому народу все тонкости афганской ситуации. Настоять на политике примирения, адресованной в первую очередь талибам, Обаме вряд ли удастся, «да она бы и не сработала».

Западным политикам трудно объяснить своим избирателям, почему необходимо сотрудничать с экстремистами, чтобы добиться каких-то сдвигов в Афганистане. Это провоцирует вопросы, каковы цели пребывания в стране, где угодному Западу развитию препятствуют коррупция, клановая раздробленность, регионализм, религиозные и исторические проблемы? Для кого и для чего Запад расходует миллиарды и жертвует своими военнослужащими? ДИСКУССИЯ РИСКУЕТ НЕМИНУЕМО ЗАКОНЧИТСЯ ТЕМ, «ЧЕМ И ДОЛЖНА БЫЛА ЗАКОНЧИТЬСЯ» - ВЫВОДОМ ИНОСТРАННЫХ ВОЙСК ИЗ АФГАНИСТАНА.

Россия заявляет о своей поддержке операции в Афганистане и уже предоставляет свою территорию для транзита вспомогательных грузов. Однако американское военное командование не хочет полагаться исключительно на политическую волю Кремля.

Между тем администрация до сих пор не представила видения того, как «перезагрузка» отношений США и России изменит что-либо по существу. Допустив, что отношения России с Западом будут «перезагружены» (в т.ч., как опасаются некоторые, «за счет» ряда «стратегических союзников» в ЦВЕ), сложно представить себе, что изменится их геостратегический ландшафт.

Россия по-прежнему заинтересована в слабых соседях, а интересы США тоже остаются прежними - НАТО было основано, чтобы предотвратить покушение России на независимость его членов, включая нынешние государства НАТО, которые были частью «империи Советского Союза».

Противоречиво оцениваются и перспективы взаимодействия Москвы и Вашингтона на иранском направлении. Действия главы Госдепа Х.Клинтон по отношении к России, включая встречу с министром иностранных дел РФ Сергеем Лавровым, интерпретируется большинством зарубежных источников как недвусмысленная попытка заручиться поддержкой России для нового подхода США к Ирану.

Россию, «которая не будет возражать против повышения цен на нефть», можно будет уговорить на санкции в отношении нефтяной промышленности Ирана, полагают некоторые эксперты. Другие говорят, что улучшение российско-американских отношений в целом станет определяющим фактором для международного сообщества, поскольку «Китай последует за Россией в этом вопросе [новых антииранских санкций]».

Есть и скептики, убежденные, что «размен» между Обамой и российским руководством не состоится, поскольку он «наталкивается на стратегический расчет администрации Медведева-Путина».

Согласно данной точки зрения, российскому руководству на руку существования иранской ядерной проблемы. Помимо прямой экономической выгоды от подрядов на строительство АЭС в Бушере, роль посредника в разрешении этого вопроса дает России «ощущение, что она является великой державой».

Кроме того, образ «защитника» Исламской республики от стран Запада несколько улучшает имидж федерального центра среди мусульман, в том числе в неспокойных кавказских регионах. Конфронтация с Западом нужна российскому руководству и для упрочения собственной внутриполитической позиции, несколько пошатнувшейся в результате финансового кризиса.

И в качестве компенсации за потерю всех этих преимуществ Обама предлагает России всего лишь «хилый» противоракетный комплекс?

Разумеется, Москва никак не заинтересована в том, чтобы у Ирана в руках оказалась ядерная бомба, но из-за ее близости с Исламской республикой ей приходится быть осторожной. Россия вовсе не хочет, чтобы Иран из ее партнера превратился в противника. Иран - ее близкий сосед. Если санкции не сработают, Тегеран сможет действовать в районе Каспийского моря, и это большая проблема для Кремля.

В условиях, когда санкции вряд ли окажутся результативны, Москва не заинтересована в том, чтобы оказаться в «лагере противника». И у нее есть на то причина - все, что Иран сделал на юге Ливана, он может повторить и в прикаспийском регионе. В Дагестане, где активизируется мятежная суннитская исламистская армия, «у Ирана есть своя «Хезболла», утверждает ряд экспертов.

Таким образом, Россия хочет действовать как партнер, но ей нужно признание ее веса на международной арене. Вопросы влияния местных элит, энергетики, борьбы с терроризмом должны находиться в ведении России. Речь идет не столько о сфере влияния, сколько о зоне ответственности.

Вместе с тем, именно сейчас, на фоне низких ЦЕН НА СЫРЬЕ и падения других экономических показателей, российская элита была вынуждена сменить тональность своих высказываний - «теперь эти люди все чаще реалистично понимают, что финансовый кризис поставил их страну, зависящую от экспорта энергоресурсов, на грань катастрофы. То есть у США и Запада в целом появилась возможность восстановить отношения с Россией, включая энергетический диалог.

Положение России «еще более усугубляется» тем, что на Западе соображения защиты окружающей среды и национальной безопасности ускоряют разработку технологий, способных ослабить зависимость Запада от углеводородов. «Когда США объявят о проведении серьезной природоохранной политики, снижающей потребление органического топлива - а при президенте Обаме это произойдет - долгосрочная геостратегическая позиция Москвы может оказаться серьезно подорванной.»

Заявления Д.Медведева в прошлом месяце на Сахалине о том, что Москва не всегда в полной мере рассчитывает «политические риски и практические последствия», а также январское выступление премьера В.Путина на Давосском форуме, где он говорил о «консолидации усилий производителей и потребителей энергии», несут в себе определенный посыл, уверены «реалисты»: Россия готова к диалогу с Западом.

Таким образом, состояние мировой экономики дает администрации Обамы реальный шанс сделать долгосрочный вклад как в развитие энергетической безопасности Европы, так и в развитие отношений Америки с Москвой путем ведения нового диалога в рамках общего проекта работы «с чистого листа». Но этот шанс не будет предоставляться вечно. Когда мировая экономика восстановится - а все надеются, что это случится уже скоро - «Россия снова осмелеет».

Тем более, что даже сейчас - на фоне расширяющихся масштабов экономического кризиса внутри России - Москва продолжает настойчиво продвигать свое видение раздела сфер влияния в Евразии, в частности - в ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ. Учитывая усилия и энергию, вложенные Кремлем в развитие отношений со своими соседями, эти амбиции вряд ли исчезнут так просто. «Один из пугающих вариантов развития событий: если у России закончатся деньги, чтобы купить влияние, она может быть вынуждена начать воевать за него».

Со своей стороны, для администрации Обамы, поставившей Афганистан в список приоритетных задач своей внешней политики, центрально-азиатский регион также приобретает новое значение. Общей задачей сейчас является создание надежных альтернатив нынешнему основному маршруту, проходящему по пакистанской территории, где транспорт все чаще подвергается нападениям талибов. Другим важным фактором является возможная потеря авиабазы в киргизском Манасе. Впрочем, согласно ряду западных публикаций, Бишкек дал согласие на проведение переговоров, в том числе и о стоимости содержания базы, но, даже если решение останется в силе, АЗЕРБАЙДЖАН УЖЕ ВЫРАЗИЛ СОГЛАСИЕ РАЗМЕСТИТЬ АВИАБАЗУ недалеко от Баку. Пять постсоветских «-станов» должны предоставить свою территорию для транзитных линий поставок военных и гуманитарных грузов силам коалиции. Рассматривается, в частности, маршрут из грузинского порта Поти до Баку, далее паромом через Актау (Казахстан) или Туркменбаши (бывший Красноводск) в Узбекистан. Ведутся, как сообщается, переговоры и с Таджикистаном.). Причем если сейчас они будут лишь дополнять поставки, поступающие через Пакистан, то, как ожидается, в будущем они полностью заменят этот все более рискованный и ненадежный маршрут.

Зависимость Вашингтона от Центральной Азии показывает, между прочим, как на деле невелик простор для маневра в афганской кампании. Возможно, добиться надежных партнерских отношений с авторитарными «аппаратчиками» в этих странах - задача не менее сложная, чем победить талибов. Во всех пяти странах чиновники не различают свой кошелек и госказну, у каждого лидера много крагов и нет четкой стратегии преемственности власти. При этом население живет в крайней нищете, и экономическая ситуация в условиях нынешнего кризиса лишь усугубляется.

Очевидно, что Вашингтону необходимо выступать за демократизацию и реформы в этом регионе, хотя бы потому, что в противном случае все может окончиться вспышкой народного гнева и приходом к власти исламистов, что поставит под вопрос поставки. Однако неизбежно встает дилемма: надавить несильно - и вскоре к власти могут прийти экстремисты; надавить сильнее - и среднеазиатские лидеры могут отказать США в транзите. Местные элиты в целом ведут непредсказуемую политику, как, к примеру, президент Узбекистана, балансирующий между Россией и Западом и меняющий свои приоритеты примерно каждые полгода.

«Утешить» Запад может лишь то, что центрально-азиатский регион может создать больше проблем, чем решений, для всех заинтересованных сторон.

10 марта в Каире начались переговоры между двумя главными политическими фракциями в ПАЛЕСТИНЕ - «Фатх» и «Хамас». Ряд французских аналитиков полагает, что даже члены делегаций двух движений «не верят в примирение». Не исключено, что будет объявлено о создании правительства национального единства, но разговор об истинном примирении «Фатха» и «Хамаса» представляется неуместным. Сначала надо, чтобы они восстановили внутреннее единство.

В любом случае, решить палестинскую проблему будет крайне трудно, не заручившись поддержкой СИРИИ. Понимая растущую роль своей страны, президент Сирии Б.Асад ведет многостороннюю игру: так, в интервью одной из арабских газкт, Асад выразил готовность подписать мирный договор с Израилем и без принятия резолюции по палестино-израильскому конфликту, но предупредил, что такой договор будет имеет в основном символическое значение. Если же Израиль заинтересован во всестороннем мирном урегулировании, то оно, в соответствии с позицией сирийского руководства, потребует существенных уступок со стороны вновь избранного премьер-министра Б.Нетаньяху.

На Западе, в этой связи, напоминают, что Башар Асад ужесточил позицию в отношениях с Израилем по сравнению с курсом своего отца бывшего президента Х.Асада. Он объявил возвращение Голанских высот лишь предварительным условием урегулирования, также поставив его в зависимость от нормализации палестино-израильских отношений.

Неясно, также, в какой степени новое руководство США готово к контактам с рядом других влиятельных внешних игроков в арабо-израильском конфликте. Так, РЕШЕНИЕ ВЕЛИКОБРИТАНИИ ОКРЫТЬ ПРЯМОЙ ДИАЛОГ С ПОЛИТИЧЕСКИМ КРЫЛОМ ливанской военной и политической организации «ХИЗБАЛЛА» НЕ ПОНРАВИЛОСЬ ПРЕДСТАВИТЕЛЯМ АДМИНИСТРАЦИИ ОБАМЫ ПО ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКЕ.

США считают «Хизбаллу» террористической организацией из-за нападений на американских военных и гражданских лиц в Ливане, совершенных за последние десятилетия. Высокопоставленный представитель США заявил 12 марта, что Вашингтон не разделяет мнения Лондона по поводу того, что военное крыло «Хизбаллы» отлично от его политических и социальных образований.

Тем временем, пятеро заключенных тюрьмы на американской базе Гуантанамо на Кубе взяли на себя «полную ответственность» за теракты в США 11 сентября 2001 года. Узники заполнили документ под названием «Мусульманский ответ на девять обвинений правительства», в котором, в частности, сказано, что они выражают гордость за содеянное, берут «полную ответственность за свои действия, которые стали пожертвованием Богу».

Известно, что среди признавшихся Халид Шейх Мухаммед, которому ранее, как и остальным четырем «подписантам», уже были предъявлены обвинения в планировании терактов 11.09.01. в США. Признания заключенных переданы в военный суд. «Стратегическая цель подачи заявления пока неясна» - пишут американские СМИ. Все пятеро заявили, что на суде хотят защищать себя сами, но судья пока не выяснил, а в состоянии ли двое из них это делать. Ранее несколько заключенных также заявляли военной комиссии Гуантанамо, что планировали теракты 11.09.01., которые рассматривались ими как акт мученической смерти.

Между тем, СУММАРНАЯ ЧИСЛЕННОСТЬ ОТСЛЕЖИВАЕМЫХ ФБР ТЕРРОРИСТОВ на сегодняшний день составляет ОКОЛО 400 ТЫСЯЧ ЧЕЛОВЕК.

Несмотря на то, что в прошлом году из списка были исключены 33 тыс. записей, содержащих устаревшую информацию или относящихся к тем, кто был оправдан судом, по сравнению с 2007 годом документ расширился на 32%. Сообщается, что он на 95% состоит из иностранцев. Около 51 тыс. человек за последние два года заявили о безосновательном включении их в список.

sknews.ru

Предыдущая статьяВ Кыргызстане намерены вновь провести амнистию капиталов
Следующая статьяМусульмане и мир ислама (Окончание)