CA-News.INFO

Central Asia regional news digest

gazeta.kz

Потребительский рай на отдельной территории - Gazeta.kz

4 ноября 2009

Потребительский рай на отдельной территории

04.11.2009, Gazeta.kz

текст: Акрам Асроров, специально для Gazeta.kz иллюстрация: власти провалили очередную попытку запустить сеть торговых точек в приграничной зоне, способную конкурировать с соседними рынками. Они предприняли все от них зависящее, чтобы закрыть экономику и попытаться создать тепличные условия для внутреннего производителя.

Если принять к сведению то, что внутренний производитель - это источник, из которого материальные блага черпает верхушка, становится понятным очевидная истина: власти думают не столько о стране и бизнесе, сколько о себе и своем достатке.

Еще в середине августа независимый интернет-портал Uzmetronom.com сообщил о том, что президент Узбекистана Ислам Каримов издал новое распоряжение. В соответствии с ним в приграничных районах необходимо создать сеть магазинов, насытив их продуктами питания и товарами первой необходимости по ценам более низким, чем те, за которые жители этих районов традиционно закупаются на сопредельных территориях.

В начале ноября стало понятно, что попытка узбекских властей создать потребительский рай на отдельно взятой территории обречена на провал. Новая сеть торговых точек не создана, а уже имеющиеся магазины торгуют по ценам, недоступным большинству населения страны.

Основная причина

Основная причина, не позволяющая выполнить президентское распоряжение - высокие таможенные пошлины на импортные товары и, естественное последствие таких действий, то есть закрытость узбекской экономики.

Давайте по порядку. Высокие таможенные пошлины стимулируют контрабанду. Введенные как инструмент ограничения ввоза импортной продукции, пошлины должны были обеспечить конкурентные преимущества для производимых в Узбекистане товаров. Однако выясняется, что административными мерами законы экономики не обмануть.

В свою очередь, узбекские производители получили карт-бланш от узбекского правительства, который ими используется не по назначению. Протекционизм никак не способствовал повышению спроса на узбекскую продукцию, ибо расхолаживает производителей. Отсутствие конкуренции на внутреннем рынке создает нездоровый настрой - узбекским производителям кажется, что любой их продукции обеспечен спрос. Поэтому у них отсутствует стимул повышать качество продукции.

Внутри Узбекистана между производителями идет борьба другого свойства: за близость к властным структурам, позволяющую получить дополнительные льготы, с одной стороны, в отношениях с контролирующими структурами, с другой стороны, за право занимать благоприятные позиции на внутреннем рынке.

Заметьте, речь не идет о рыночных законах. Игнорирование рыночных законов создает у узбекских производителей ложное впечатление о том, что развиваться можно на отдельно взятом рынке вне увязки со всем остальным миром. В силу названных причин, производители неконкурентоспособны на узбекском рынке, ибо занимаются несвойственной бизнесу деятельностью - поиском теплых мест.

С другой стороны

Бизнес не может развиваться в условиях "кислородного голодания". В то же время такой дефицит создается по инициативе самих узбекских властей. Узбекский президент весь срок на занимаемом им посту посвятил тому, чтобы не допустить появление в стране олигархов. Он опасался, что богатые люди, нажив состояния, попробуют навязать власти свои правила игры.

Акцент был сделан на правоохранительные и контролирующие органы. Они должны были взять под контроль узбекский бизнес, и добиться того, чтобы тот развивался только в выгодном властям направлении. К началу 2000-х годов силовики выполнили поставленную перед ними задачу, и бизнес из отдельного игрока превратился в обслуживающий персонал.

Бизнес, все его ресурсы, стали сервисом. Власть, получив контроль над бизнесом, решала лишь те задачи, которые считала приоритетными. В то же время приоритетом стало личное обогащение. Поэтому Узбекистан, по сути, превратился в страну, где хорошо, сытно и в полном материальном достатке живут прокуроры, судьи, милиционеры, таможенники и налоговики высокого и среднего ранга.

Но давление на бизнес породил другую проблему. Бизнес-поле стало быстро сокращаться. А так как материальная база личного обогащения силовиков и чиновников стала сокращаться, уже сама элита стала бороться за самые лакомые куски бизнеса. Это привело к тому, что из когорты обеспеченных постепенно вытеснили силовиков и чиновников нижнего звена. Они стали лишь инструментом для обогащения чиновников высокого и среднего звена. Отсюда и внутренний конфликт между высокопоставленными сановниками и теми, кто им высокое благосостояние обеспечивает.

В этой бескомпромиссной борьбе между теми, кто хорошо ест, спит и одевается и теми, кто блага у бизнеса изымает, среднее звено оказалось на распутье.

С одной стороны, оно не может не понимать, что логика развития Узбекистана, в конце концов, приведет к тому, что их оторвут от кормушки. Это связано с тем, что в силу сужения бизнес-поля одновременно сокращаются и его плоды, которые можно присвоить. Усиление конкуренции за материальные богатства неминуемо приведет к концентрации благ у силовиков и чиновников высшего ранга. Благ элементарно не будет хватать, чтобы обеспечить приличное материальное положение среднего звена. Со временем среднее звено также превратится в инструмент выбивания материальных благ.

С другой стороны, среднее звено находится на расстоянии вытянутой руки от высшего звена. Многим его представителям кажется, что достаточно немного поднапрячься, и доходное место достанется им. С надеждой на лучшие времена они, в принципе, и живут. Такая двойственность положения не позволяет представителям им сделать конкретный выбор.

В результате

Экономическая политика узбекских властей привела к следующим проблемам структурного характера: развивается только тот бизнес, который вырос под "крышей". Поэтому и бизнес четко подразделяется на мелкий, средний и крупный по своим размерам и потенциалу. Мелкий бизнес крышуется чиновниками и силовиками низшего звена. Так как они довольно далеко находятся от кормушки, они вынуждены обеспечивать безопасность для мелких торговцев на базарах, за что и получают свою долю. При этом на тех же базарах есть средние и крупные торговцы, которые платят дань средним и крупным чиновникам. Конечно, плох тот солдат, который не хочет стать генералом, но попытки мелкого бизнеса стать средним или крупным жестко пресекаются.

Средний бизнес представлен оптовыми магазинами на базарах и компаниями средней руки. В какой-то степени его можно назвать бизнесом промежуточного уровня. Однако, как и у представителей чиновничества среднего звена, у него довольно неустойчивое положение в иерархии. Средний бизнес способен постепенно преобразоваться в крупный, но с таким же успехом может потерять капиталы и стать ничем.

Крупный бизнес представлен промышленными предприятиями, внешнеторговыми компаниями и всеми теми, кто имеет на рынке монопольное положение. По структуре он довольно устойчив в силу безальтернативности. Какая бы группировка не оказалась у подножия власти, крупный бизнес нужен ей для того, чтобы обеспечить свое безбедное существование. Поэтому борьба в крупном бизнесе наиболее беспощадная.

В этом мире хорошо работает закон Дарвина, согласно которому выживает сильнейший. Крупный бизнес теснит средний, средний, в свою очередь, мелкий. Централизация кормушки - процесс безостановочный, и прекратится только тогда, когда нынешние законы станут неактуальными.

"Теснит", наверное, не совсем правильное слово. Скорее, пожирает. Причем, пожирают и поглощают именно тех, кто только начинает бизнес, полон идей и креатива. Так как крупные структуры консервативны и не приемлют инициативы, вместе с мелким и средним бизнесом пропадает стремление к новому.

Из чего следует

Из всего изложенного следует вывод: узбекский бизнес лишается инициативы раньше, чем успевает ее проявить.

Поэтому бизнес всегда живет в напряжении. Развиваться, думать о дне завтрашнем, производить новые продукты - это удел начинающего бизнеса. Дальше его ждет поглощение.

Поэтому бизнес многими воспринимается лишь как возможность сделать начальный капитал и перейти в другую фазу - занять какой-нибудь пост, позволяющий ничего не делать и получать хорошие деньги.

Нет ничего удивительного в том, что местные предприниматели ничего нового не создают. Отсутствие стимулов к повышению качества производимой продукции вынуждают оптово-розничный бизнес искать продукцию вне Узбекистана. Ни для кого не секрет, что из соседнего Казахстана узбекские предприниматели в массовом порядке ввозят практически все необходимое.

А так как спрос на импорт возникает внутри Узбекистана и обусловлен проблемами внутреннего производства, он устойчив.

Но, как говорится, нет худа без добра. Высокие таможенные ставки стимулируют контрабанду. Контрабанда и есть еще один источник обогащения элиты. Естественно, и здесь появились компании, обладающие монопольным правом завозить в страну те или иные товары и продукцию.

Монополизация рынка сахара, китайского ширпотреба, хлопка, золота и цветных металлов - такова история развития экономической модели Узбекистана. Монополизация - процесс естественный. Он свидетельствует о концентрации властных полномочий и переходе Узбекистана к структуре государственного капитализма. Власть и материальные блага кумулируются в узком кругу избранных людей.

Судя по всему, сейчас идет процесс монополизации рынка фруктов и овощей. Неформальный запрет на их экспорт свидетельствует о том, что формируется мощный экспортный пул. Как правило, он состоит из 2-4 компаний, кренпко привязанных к чиновникам высокого ранга. Как только структура выстроится и получит легитимность, кстати, под предлогом перехода к цивилизованному экспорту, запрет будет отменен.

Все началось не сегодня

Как правило, повышение таможенных пошлин объясняется властями заботой об отечественном производителе и необходимостью борьбы с дешевым китайским ширпотребом.

Таможенные пошлины на импорт в Узбекистане повышали в сентябре 2002 года, марте 2005 года. Согласно ставкам 2002 года импортеры должны были платить 40% по продовольственным товарам и 70% по непродовольственным.

Одновременно власти снижали нормы беспошлинного ввоза товаров физическими лицами. С начала 2000-х годов гражданин Узбекистана мог ввезти потребительские товары с территории сопредельных государств на общую стоимость 50 долларов США, с июля 2008 года - на 25.

В то же самое время экспортные таможенные пошлины на все виды товаров (работ, услуг) отменены и облагаются по нулевой ставке НДС. Кроме того, поставка товаров на экспорт за СКВ освобождается от уплаты акцизного налога.

Меры по закрытию узбекского потребительского рынка привели к монополизации. Мелкие торговцы, именуемые в народе челноками, разорились и на их место пришли крупные компании, для которых власти создали послабления.

С другой стороны, автомобили, произведенные в андижанском городе Асака, стали активно заходить на российский рынок благодаря протекционистской политике узбекских властей. В структуре экспорта автомобили заняли высокое место.

Надо как-то выживать

Наряду с крупными компаниями, закупающими импортную продукцию большими партиями, реанимировано и челночное движение. Мелкими оптовиками стали в основном жители приграничных регионов, для которых ввоз в страну импортных товаров - единственный способ прокормить семью.

Власти не ведут статистику лиц, регулярно выезжающих в соседний Казахстан с коммерческими целями. Согласно данным независимых источников, ежедневно узбекско-казахстанскую границу пересекают от 3 до 5 тыс. человек. Выяснить, сколько среди них челноков, довольно сложно. Как правило, люди пересекают границу для того, чтобы проведать родственников, по служебным делам, продать произведенную продукцию (лепешки, овощи и фрукты). Последние получают прибыль за счет разницы в курсах валют (соотношение казахстанского тенге к узбекскому суму), которая составляет на сегодняшний день 1 к 12,5.

Челноки - основной источник обогащения узбекских таможенников. Они не имеют никакой возможности подступиться к грузам крупных внешнеторговых компаний, ибо те находятся под покровительством высокопоставленных чиновников. Поэтому вынуждены сместить акценты.

Ни для кого не секрет, что каждый челнок за ввоз товаров на узбекскую территорию платит таможенникам мзду. Часть этих выплат, разумеется, получают таможенники высокого ранга, которые, по цепочке, покупают покровительство высоких сановников. Если челноки прекратят платить мзду, их уничтожат. Конечно, не расстреливают, но делают так, что ездить за товаром становится крайне невыгодно.

Что и должно было случиться

Власти, инициируя открытие сети торговых точек в приграничной зоне, пытаются решить утопическую задачу.

Все, что производят узбекские предприятия, стоит на 25-30% дороже аналогичной продукции, выпущенной в странах СНГ и на 60-70% дороже китайского товара.

Но есть способы решения данной проблемы.

Первый вариант. Необходимо обнулить таможенные пошлины на импорт, что неминуемо приведет к падению розничных цен. Таким способом можно насытить товарами не только приграничные магазины, но и торговые точки по всей стране.

Хотя вероятность, что узбекские власти пойдут на такие меры, тоже равна нулю. Власти не пойдут на такую меру из принципиальных соображений. Обнуление таможенных пошлин означает крах экономической модели развития Узбекистана и открытое признание неэффективности узбекских предприятий, крах политики импортозамещения и экспортоориентированности. А узбекские власти просто не в состоянии ни сегодня, ни в обозримой перспективе признать бесперспективность государственной экономической модели и собственные ошибки.

Второй вариант. Таможенные пошлины можно снижать постепенно. Но такая политика не должна быть одномоментной и преследовать популистские цели. Их нужно снижать постоянно, для того, чтобы в ближайшей перспективе открыть узбекский рынок для конкуренции.

Под постепенное снижение ставок таможенных пошлин можно заложить любое объяснение. К примеру, разработать идею новой экономической политики. Сказать, что на определенном этапе развития узбекская экономическая модель дала свои позитивные плоды, теперь необходимо сменить стратегию. Владимир Ленин еще в начале 20 века назвал отказ от полной централизации новой экономической политикой. Примерно то же самое могло бы инициировать узбекское правительство.

Третий вариант. При сохранении нынешних ставок таможенных пошлин предусмотреть существенные льготы и преференции для узбекских бизнесменов. К примеру, во времена, когда Казахстан испытывал большие проблемы с энергоносителями, а жители приграничных казахстанских селений ездили в Узбекистан за хлебом, узбекские власти могли бы открыли тысяч хлебопекарен по периметру узбекско-казахстанской границы, освободить их на несколько лет от налогообложения, тем самым, продавая готовый хлеб и лепешки в Казахстан. Но этого сделано не было.

Надо понимать и другую очевидную истину. Сегодняшний узбекский бюджет не способен дотировать предполагаемые для бизнеса льготы и преференции. Поэтому и данный вариант неприемлем.

Вариант четвертый. Чтобы не допустить разорения дышащих на ладан узбекских предприятий необходимо сначала разработать государственную программу поддержки. Она должна быть детальной и охватывать все предприятия, производящие продукты питания и товары первой необходимости. Чтобы не рызрывать и так прохудившийся бюджет, необходимо снижать налоги, которые платят производители. Организовать жесткий мониторинг средств, сэкономленных от снижения налогов и вынудить предприятия направлять их на технологическую модернизацию.

Причем, темпы снижения налогов должны быть синхронизированы с темпами снижения ставок таможенных пошлин. Снижение таможенных пошлин должно быть оговорено указом президента или постановлением правительства.

Сегодня никто точно не знает, как снижение пошлин скажется на состоянии узбекской экономики. Поэтому целесообразно организовать оперативный штаб, который будет отслеживать ситуацию. В состав штаба должны войти представители таможенных структур, налоговиков, и узбекского правительства с привлечением к работе независимых экономистов и бизнесменов.

В противном случае, узбекская экономика продолжит свое падение. А глубина падения может стать такой, что никакие программы ее потом не спасут.

gazeta.kz

Предыдущая статьяТуркменистан возобновил поставки газа в Россию - Новости из Средней Азии
Следующая статьяTrend News: В Казахстане завершается разработка вакцины против гриппа A/H1N1 - главный санврач