CA-News.INFO

Central Asia regional news digest

Х.Щербаков: Исламизация Таджикистана: прошлое, настоящее, будущее. Часть II

5 марта 2009

Х.Щербаков: Исламизация Таджикистана: прошлое, настоящее, будущее. Часть II

21:25 04.03.2009, ЦентрАзия

Исламизация Таджикистана: прошлое, настоящее, будущее. Часть I I

Сегодняшняя политическая ситуация в Таджикистане напоминает пороховую бочку. Страна разобщена политически и экономически, и поделена в основном на светский Север и религиозный Юг. Если на Севере религиозная и светская власть более-менее сбалансирована благодаря жесткому тотальному контролю со стороны власти, то на Юге сплошь и рядом преобладает власть духовенства или его слияние со светской властью. Так в районах Припамирского региона преобладает власть духовенства, в Хатлонской области духовная властвует наравне со светской властью, причем там чрезвычайно сильно влияние суфийских пиров на жизнь жителей. Особая ситуация сложилась в Горно-Бадахшанской области. Здесь их исконная религия - исмаилизм стал знаменем борьбы и символом национального самосознания бадахшанцев.

Движение исламского возрождения Таджикистана во многом определялось благодаря его лидеру, С.А.Нури, несмотря на свою категоричность, принадлежавшему, к "умеренным" исламистам - т.н. "традиционалистам". В связи со смертью С.А.Нури 9 августа 2006 году встал вопрос дальнейшего курса партии, вызвавший раскол среди лидеров партии - первого заместителя председателя Мухиддина Кабири, ориентированного на Запад, и сына покойного С.А.Нури - Муххамаджона Нури, взявшего курс на сближение с Ираном.

Сегодняшним Председателем Исламской партии возрождения Таджикистана (ИПВТ) является Мухиддин Кабири - лидер т.н. "модернистского" крыла, сторонник Запада. Мухиддин Кабири образцовый дипломат, выпускник МГИМО, блестящий знаток русского, арабского и английского языков, стал своеобразной "рекламой" всей партии, от ее имени он приглашается на лекции в университеты Запада, "создавая имидж" партии и всего исламистского движения. Будучи тонким человеком, по своему образованию и воспитанию, он все же обладает крайним тщеславием и самодовольством. Однако это не мешает ему быть трезвым и расчетливым аналитиком. Несмотря на ряд своих качеств, он не является сильной и влиятельной фигурой, т.к. подавляющее большинство членов партии крайне негативно относятся к сотрудничеству с Западом.

Наиболее очевидной кандидатурой на роль главы мог бы претендовать Мухаммадшариф Химматзода, являвшийся правой рукой С.А.Нури. Именно он в годы гражданской войны возглавлял ИПВТ, обладая большим авторитетом и большим числом сторонников. Но в связи с тяжелой давней болезнью он не мог руководить партией. Сегодня Мухаммадшариф Химматзода является т.н. "духовным лидером", а фактически, непосредственным руководителем партии, координирующим ее деятельность и действия самого М.Кабири.

Несмотря на свой радикализм, военные и политические неудачи, ИПВТ до сих пор пользуется влиянием в определенных социальных кругах населения: среди мужского населения с низким (очень низким) уровнем дохода, безработных, занимающихся собственным делом. Исламская партия традиционно популярна среди каратегинцев.

Сегодняшние многие представители партии превратились в политиков, а руководимое ими ИПВТ стало более политически грамотным и активно использует методы формирования и функционирования религиозных политических партий, апробированных на Западе. Данные "преображения" пошли только на пользу ИПВТ: если раньше оно было радикальным и главным образом привлекало людей малограмотных, отличающихся большой религиозностью, то сегодня, приобретая "политический лоск", все больше начинает привлекать представителей культуры и интеллигенции своими призывами о возрождении национального самосознания таджиков.

Как бы не были враждебно настроены "традиционалисты" (к числу которых относится также ИПВТ), сегодня они не представляют реальной военной и политической угрозы. Их взгляды относительно создания исламского государства претерпели значительные трансформации по сравнению с началом 90-х годов. Сам духовный лидер ИПВТ, покойный С.А.Нури неоднократно подчеркивал это, отмечая, что ИПВТ ратует за создание "мусульманского общества", а не "исламского государства", как это было раньше. Но все эти внешние атрибуты не отменяют их конечных целей и не оправдывают их в глазах таджикского народа за последствия братоубийственной войны.

В огне пожара гражданской войны погибло, по официальным данным, порядка 50 тыс. человек (по неофициальным - примерно 100-150 тыс. человек) и 900 тыс. человек стали беженцами и вынужденными переселенцами. Стоимость войны в экономическом плане составила ориентировочно $7 миллиардов долларов США. Исламизация и гражданская война самым губительным образом отразились не только в политической и экономической, но и культурной и образовательной жизни страны. Согласно подсчетам Министерства экономики Республики Таджикистан в одном только Каратегинском регионе до 1992 года количество женщин с высшим образованием составляло 2 тыс. человек, а женщин со среднеспециальным образованием - 3 тысячи человек. По сегодняшним оценкам число каратегинских женщин, получивших высшее образование, составляет 178 человек, а число женщин со среднеспециальным образованием - 759 человек.

Еще большую опасность таят в себе представители т.н. "радикального" исламизма. Их идеи во многом совпадают с взглядами ИПВТ, но они отличаются куда большей агрессивностью во взглядах относительно средств достижения целей. Они постоянно критикуют лидеров сегодняшнего ИПВТ, обвиняя их в "неверии и полном отречении от взглядов и идей Пророка". Яркими представителями "радикалистов" являются "Такфир" и "Салафия".

Партия "Такфир" ("такфир" - тяжкое обвинение в неверии рядового мусульманина), действует в Гарме на нелегальной основе и приобретает большое влияние в Каратегинском регионе страны. Лидером "Такфир" является Мулло Амирхон. Одними из наиболее ярых радикальных формирований является недавно появившаяся в стране и набирающая большую силу религиозная организация "Салафия" ("салафа" - по арабски "быть изначальным"), созданное на базе суннитского фундаменталистского направления, возникшего в XIV веке на основе трудов мусульманского ученого Ибн Таймийи. Сами последователи "Салафия" называют себя салафитами, другое их название - ваххабиты (по имени проповедника Ибн Абд-уль Ваххаба, жившего в XVIII веке). Основная цель "Салафия" - "очищение ислама" от этнических и культурных "примесей", привнесенных позже, воссоздание подлинного исламского государства по примеру "золотого века" ислама (622-630 гг.) в годы жизни Пророка Мухаммада. Руководителем "Салафия" является Мухамади Рахматулло, известный своими непримиримыми взглядами. Лидеры "Салафия" подозреваются в связях с террористической сетью террориста ?1 Усама Бен Ладена. Деятельность "Салафия" вызывает сегодня сильную обеспокоенность таджикских властей.

Одной из самых страшных проблем, представляющих реальную угрозу для сегодняшнего Таджикистана, является обширная экспансия проирански настроенных представителей среди коренного населения. Главным образом ставка тут делается на общность этнического и культурного происхождения иранцев и таджиков. Сегодня власти и спецслужбы Ирана ведут активный "диалог" с таджикскими духовенством и интеллигенцией в культурной и языковой сфере.

По своей этнической принадлежности таджики, в отличие от других тюркоязычных народов Средней Азии, относятся к группе индоевропейских народностей, как, собственно и таджикский язык. Таджикистан - единственное персоязычное государство в Средней Азии. Предки нынешних таджиков разговаривали на восточно-иранском языке, который, однако, с течением времени был вытеснен западно-иранским в силу высоким распространением западно-иранского языка в Средневековье как классического языка - образца поэтики и литературы. Фактически сегодняшние таджики говорят на западно-иранском языке, в котором, все же, присутствуют элементы восточно-иранской группы языков (бактрийского, согдийского, хорезмийского).

Сотрудничество таджикских и иранских исламистов имеет "давнюю" историю: еще начале 90-х сразу после объявления независимости Таджикистана и обострения внутреннего конфликта Правительства и оппозиции иранские спецслужбы проявили высокую активность в плане оказания материальной и "духовной" поддержки лидерам Объединенной таджикской оппозиции. Впоследствии в свете дальнейших волнений, последовавшей за этим гражданской войны Тегеран стал основным местом дисклокации и функционирования руководства исламистов.

За все годы деятельности иранских спецслужб и различных исламистских организаций, проведения ими обширной пропагандистской работы сотни таджиков были привлечены в духовные учебные центры в Иране, где они прошли обучение шиитским канонам. Сегодня они представляют основу шиитского духовенства, и представлены не только жителями Горного Бадахшана, но также и других регионов страны, где имеет распространение умеренный ханафитский мазхаб. Благодаря активной вербовке иранские спецслужбы сумели внедриться в управленческий и правоохранительный аппарат Таджикистана и имеют влиятельные позиции на уровне среднего государственного звена.

Руководство страны во главе с Э.Рахмоном оказалось в крайне запутанной и сложной ситуации: Иран является одним из главных зарубежных торговых партнеров и проводит активную инвестиционную политику в стране. К тому же в Таджикистане действует большое количество гуманитарных, культурных организаций, оказывающих немалую финансовую помощь населению. Благодаря огромным денежным вливаниям и неустанному потоку шиитской литературы в стране создана разветвленная сеть пропагандистского аппарата, охватывающая десятки городов и сотни районов. Только в Душанбе при поддержке посольства Исламской Республики Иран на легальной основе функционирует несколько проповеднических учебных центров. Все это проводится под эгидой "культурного и этнического взаимообмена". Так благотворительный Фонд "Хомейни" проводит активную разведывательную и вербовочную деятельность, привлекая на свою сторону как молодежь, так и лидеров исламистского движения. Большую ставку Тегеран делает на Мухаммаджона Нури - сына ныне покойного С.А.Нури, получившего духовное образование в высших богословских школах Ирана и обладающего большим авторитетом в ИПВТ. Учитывая его авторитет и некую "преемственность", которую он все же отрицает, существуют реальные шансы на его будущее руководство в партии. Одним из привлеченных уже лидеров исламистского движения является небезызвестный Ходжи Акбар Тураджонзода, возглавляющий ныне влиятельный региональный клан, еще в 1993году ставший одним из организаторов Движения исламского возрождения Таджикистана и первым заместителем Председателя движения С.А.Нури. Его старший брат, известный в народе как Эшони Нуриддин - человек, пользующийся большим авторитетом среди населения, является сегодня практически единственным политиком-богословом, открыто выступающим против светского курса Правительства и лично против Э.Рахмона. Пользуясь невежеством большинства народа в части знания тонкостей и аспектов в толковании ислама Эшони Нуриддин и Ходжи Акбар Тураджонзода планомерно и постепенно проводят в жизнь идеологию шиизма, отличающегося гораздо более радикальными взглядами и зачастую диаметрально противоречащего по некоторым вопросам суннитскому ханафитскому мазхабу. Именно Ходжи Акбар Тураджонзода как духовный и светский лидер вместе со своими братьями совершает частые поездки в Иран по персональным приглашениям для участия на встречах ведущих шиитских богословов. Данное сотрудничество, в первую очередь, направлено на дальнейшее утверждение и усиление политического влияния Ирана в Таджикистане, и возвращение "утраченных" позиций вышеупомянутого клана.

Учитывая реалии сегодняшнего Таджикистана, входящего сегодня в список самых бедных стран мира, обострение клановой борьбы и раскол среди "традиционалистов" и радикалов, усиление изолированности отдельных регионов, а, самое главное, усиление межэтнических и региональных конфликтов, активные действия иранских религиозных деятелей и их многочисленных сторонников, их успехи в привлечении видных исламистских лидеров станут их главным козырем в дальнейшем доминировании в Таджикистане в религиозной и политической борьбе. Иран сегодня открыто выступает против США и поддерживает финансируемую ими шиитскую террористическую организацию "Хезболлах" - флагман сегодняшнего Газавата, наиболее популярную и влиятельную террористическую организацию на всем Ближнем Востоке, особенно на фоне "неудач" суннитских вооруженных формирований. Навязывая свои правила "Большой Игры", Иран возможно в будущем вовлечет Таджикистан в свою последующую стратегическую войну, отринув их от исторических союзников - России и среднеазиатских соседей.

Харитон Щербаков pavlodar-55@mail.ru

Источник - ЦентрАзия

centrasia.ru

Предыдущая статьяГОСДЕП США: СОСТОЯНИЕ ДЕМОКРАТИИ В СТРАНАХ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ НЕ ВНУШАЕТ ОПТИМИЗМА
Следующая статьяА.Асроров: Даст ли ООН "добро"? Новая инициатива узбекского президента загоняет в угол его таджикского и киргизского коллег